никогда не обсуждали это 
открыто. 

С удаленных холмов они переехали в маленький арендованный домик, который 
находился поблизости от дома матери Мелиссы. Дети сразу нашли здесь друзей. У 
Мелиссы тоже появились подруги, в основном одинокие. Когда Мелисса 
почувствовала, что муж собрался уйти из семьи, она сказала ему: 

“Все закончилось. До свидания”. 

Лишь потом Мелисса осознала, что целый год подсознательно готовилась к этому. 
Ей было двадцать девять лет, она подошла к переходу к тридцатилетнему возрасту. 


“После его ухода я ощутила, что с меня сбросили гири. В моей жизни произошло 
крупное изменение. Я накупила книг, записалась на курсы в Калифорнийский 
университет, подстриглась, впервые закурила; Я начала как бешеная назначать 
свидания. Мать всегда помогала мне, перекладывая мясо из своего холодильника в 
мой. Она не хотела, чтобы я тратила свои сбережения. Это был самый счастливый 
период в моей жизни. Я почувствовала себя заново рожденной”. 

А через полгода она вторично вышла замуж. 

Если вы хотите увидеть Джейка, то нужно научиться ждать. Он очень занятый 
мужчина, киноагент. Он зажал в пальцах сигару и говорит отрывистыми фразами: “Я 
переслал сценарий. О, это ужасно. Они хотят для этого Пола? Кто говорит, с кем? 
Дерьмо. Я говорил об этом с Антониони. Какой процент успеха? Пятьдесят к десяти.
 Послушай, я тоже собираюсь поехать в Канны. Могу я позвонить Полу?” 

Джейк объясняет, что он похож на врача. Его услуги нужны людям двадцать четыре 
часа в сутки. “Кое-кто хочет больше времени. Мои клиенты, моя жена, мои дети. Я 
много думал, как это все можно уравновесить”. Он обеспокоен положением своей 
жены: “Она проводит мною времени с детьми и не работает. Думаю, это ее 
угнетает”. 

“После нашей третьей встречи я поняла, что мы полюбили друг друга. Я перестала 
звонить своим старым подругам и вошла в жизнь Джейка, приняв его друзей и его 
окружение. Я пережила полное изменение личности. Я становилась все больше 
похожей на него. Он придал мне силы. Я была слабой и испуганной. Я хотела 
научиться быть миссис Джейк Померой”. 

Как только муж начинал говорить о гражданской войне, она тотчас же бросалась в 
библиотеку. Если он начинал говорить о сделке, она тотчас же начинала читать 
контракт. Если он начинал говорить о кино, она хваталась за сценарий. “Какой он 
меня хотел видеть, такой я и собиралась стать”. 

Так ей было легче. На пять лет она забыла свои представления о независимой 
жизни. 

Подход Мелиссы к жизни был последователен. Каждый раз, выбираясь из домашней 
спячки, она чувствовала в себе приток свежих сил. Это случилось, когда она 
уехала в колледж. Как только она почувствовала в себе независимость, ее сразу 
же непреодолимо потянуло домой. Еще через семь лет бездействия она взяла отпуск 
от брачного союза, который стеснял ее. Мелисса оживилась, но через какое-то 
время ощутила беспокойство и снова забралась в безопасную зону. На этот раз она 
полностью погрузилась в жизнь мужа, чтобы не решать проблемы, связанные с 
развитием своей личности. 

Сейчас ей тридцать четыре года. Она опять чувствует толчок и приближение 
большого кризиса. “Я чувствую, что сыта по горло всем: детьми, экономками, 
мужьями, подругами, телефонами, телевизорами. Я отдала бы все на свете, чтобы 
вернуть себе прошлую жизнь. Я хочу быть одна. После развода я ощущала себя 
счастливейшей из смертных”. 

Это, однако, не означает, что Мелисса хотела бы отказаться от нынешнего 
брачного союза. Она стремится обрести смелость разорвать путы безопасности, 
которые привязывают ее к мужу и детям. 

“Я могу начать работать сейчас, — говорит она с сомнением. — Да, критический 
момент в моей жизни приближается. Летом дети уедут на месяц вместе с отцом. Для 
меня это большое испытание. Что я буду делать дома: просто сидеть дома и рыдать 
или я начну думать, в каком направлении мне следовать, когда я вернусь к работе.
 Если я переживу этот месяц, то буду полностью счастлива”. 

Раздается гудок автомобиля. Отец здесь, дети уезжают с ним в воскресенье после 
обеда. Мелисса вздыхает: “До свидания, мои ангелочки”. Дети выходят из дома и 
бредут к машине. Она осталась одна с чемоданами и телефонами. Чемоданы 
напоминают ей о предстоящей поездке с мужем в Канны. Это будет их первая 
совместная поездка. Джейк еле уговорил ее. “Умом я понимаю, что должна быть с 
мужем. Дети когда-нибудь уйдут от нас, и мы останемся вдвоем, — говорит она. — 
Но эмоционально мне трудно обойтись без детей. Я думаю: 

"Что будет, если они не захотят вернуться ко мне?"”. 

Телефоны вызывают другую реакцию — разочарование в жизни. Они расставлены по 
всему дому, его телефоны. Они стоят в его рабочем кабинете,