Психоанализ в детском возрасте и воспитание 435
должно принта на помощь ребенку всеми имеющимися в его распоряжении средствами. 
Коротко говоря, аналитик должен суметь занять во время анализа с ребенком место 
его Я-идеала, он не должен начинать свою освободительную аналитическую работу 
до тех пор, пока не будет уверен в том, что он окончательно овладел этой 
психической инстанцией ребенка. И здесь для аналитика очень важно играть роль 
сильной личности, о чем мы уже говорили в начале при введении в детский анализ. 
Только в том случае, если ребенок чувствует, что авторитет аналитика выше, чем 
авторитет его родителей, он согласится уступить наивысшее место в своей 
эмоциональной жизни этому новому любовному объекту, занявшему место рядом с его 
родителями.
   Если родители ребенка, как я уже упоминала раньше, научены чему-нибудь 
болезнью ребенка и выражают готовность приспособиться к требованиям аналитика, 
то в данном случае оказывается возможным произвести действительное 
подразделение аналитической и воспитательной работы между аналитическими 
сеансами и домашней обстановкой или скорее даже установить совместное действие 
обоих факторов. Воспитание ребенка не только не прекращается по окончании 
анализа, но полностью вновь переходит непосредственно из рук аналитика в руки 
родителей, обогативших теперь свой опыт и разум.
   Но если родители, пользуясь своим влиянием, затрудняют работу аналитика, то 
ребенок, эмоциональная привязанность которого направлена и на аналитика, и на 
родителей, попадает в такое же положение, что и при несчастном браке, где он 
становится объектом раздора. Тогда нам нечего будет удивляться, если в 
результате такого положения появятся все те отрицательные последствия при 
формировании характера ребенка, которые наблюдаются при неудачно сложившейся 
семейной жизни. Там ребенок пользуется конфликтом между отцом и матерью, здесь 
— между аналитиком и родителями, чтобы избавиться — как в первом, так и во 
втором случае — от всяких требований. Это положение становится опасным, если 
ребенок, у которого возникает сопротивление, сумеет так восстановить своих 
родителей против аналитика, что они требуют прекращения анализа. Аналитик 
теряет ребенка в крайне неблагоприятный
   
436 Роздел VII. Психоанализ, воспитание, образование
момент, когда у ребенка существует сопротивление и отрицательное перенесение, и 
можно не сомневаться в том, что все влечения, освобожденные до тех пор с 
помощью анализа, будут испо-чьзовяиы ребенком в самую худшую сторону. В 
настоящее время я не начинаю детского анализа, если характеристика или 
аналитическая образованность родителей не гарантируют меня хотя бы до пскотсрон 
степени от такого исхода.
Необходимо, чтобы анапитик полностью овладел детской психикон. Я иллюстрирую 
это положение с помощью одного лишь последнего примера. Речь идет здесь о 
шестилетней па-лнситкс, неоднократно упоминавшейся больной, страдавшей неврозом 
навязчивости.
С помощью анализа я добилась того, что она позволила своему «черту» I сверить, 
после чего она начала рассказывать мне очень много анальных фантазий, сначала 
неохотно, но, заметив потом, что я пс выражаю неудовольствия, она начала 
рассказывать их смелее ч подробнее. Сеанс проходил в сообщении анальных 
фантазий и стал складом для угнетавших ее раньше снов наяву. Во время этой 
беседы со мной она освобождалась также и от того давления, которое она 
постоянно испытывала на себе. Она сама называла время, проведенное у меня, 
«часом своего отдыха». «Анна Фрейд, — сказала она мне однажды, — проведенный с 
тобою сеанс — это час моего отдыха. В это время мне не нужно сдерживать своего 
"черта"». «Знаешь, — добавила она тотчас же, ~ у меня есть еще одно время 
отдыха: когда я сплю». Во время анализа и во время сна она освобождалась, 
очевидно, от того, что у взрослого человека равнозначно постоянной затрате 
энергии на поддержание вытеснения. Ее освобождение сказалось прежде всего в том,
 что в ней происходила какая-то перемена, она становилась внимательной и 
оживленной.
Несколько времени спустя она сделала еще один шаг в этом направлении. Она 
начала рассказывать свои фантазии и анальные мысли, которые до сих пор 
тщательно скрывала; дома, когда к столу подавали какое-нибудь блюдо, она делала 
вполголоса какое-нибудь сравнение или произносила, обращаясь к другим детям, 
«грязную» шутку. Тогда ее воспитательница пришла ко мне, чтобы получить 
соответствующие указания. Я в то время не имела ei;ie опыта, приобретенного 
мною впоследствии

Психоанализ в детском возрасте и воспитание 437
при детском анализе, отнеслась к этому недостаточно серьезно и посоветовала ей 
просто не обращать внимания на такие пустяки. Однако результаты получились 
совершенно неожиданные. Вследствие отсутствия критики ребенок потерял всякое 
чувство меры и начал обнаруживать в домашней обстановке все, о чем до тех пор 
говорилось только у меня во время сеанса;
она совершенно погрузилась в свои анальные представления, сравнения и выражения.
 Другим членам семьи это вскоре показалось невыносимым; поведение ребенка, 
особенно за обеденным столом, отбивало аппетит у всех, и как дети, так и 
взрослые молча и неодобрительно покидали один за другим комнату. Моя маленькая 
пациентка вела себя, как лицо, одержимое перверсией, или как взрослая 
душевнобольная и поставила себя вследствие этого вне человеческого общества. Ее 
родители, не желая наказывать ее, не изолировали ее от других детей, но в 
результате другие члены семьи начали теперь избегать ее, у нее же самой исчезли