страну на две провинции — Британию Верхнюю (Западную) и Нижнюю (Восточную), 
римляне вынуждены были под натиском скоттов и пиктов оставить Антонинов вал и 
отступить к валу Адриана. А к концу четвертого столетия нашей эры опустели 
последние римские поселения на севере острова.
Южнее, однако, римское владычество казалось непоколебимым. Тот же Агрикола, по 
свидетельству Тацита, приложил немало усилий, чтобы «цивилизовать» население 
острова: «Рассчитывая при помощи развлечений приучить к спокойному и мирному 
существованию людей, живущих уединенно и в дикости и по этой причине с 
готовностью берущихся за оружие, он частным образом и вместе с тем оказывая 
поддержку из государственных средств, превознося похвалами усердных и порицая 
мешкотных, настойчиво побуждал британцев к сооружению храмов, форумов и домов, 
и соревнование в стремлении отличиться заменило собой принуждение. Больше того, 
юношей из знатных семейств он стал обучать свободным наукам, причем природную 
одаренность британцев ценил больше рвения галлов, и те, кому латинский язык 
совсем недавно внушал откровенную неприязнь, горячо взялись за изучение 
латинского красноречия. За этим последовало и желание одеться по-нашему, и 
многие облеклись в тогу». Любопытно, что этот панегирик своему тестю Агриколе 
римский историк завершает мрачной по духу сентенцией: «Так мало-помалу наши 
пороки соблазнили британцев, и они пристрастились к портикам, термам и 
изысканным пиршествам. И то, что было ступенью к дальнейшему порабощению, 
именовалось ими, неискушенными и простодушными, образованностью и 
просвещенностью».
Римляне основали изрядное число городов; чаще всего города возникали на местах 
военных лагерей — так на карте Британии появились Колчестер, Глостер, Линкольн, 
Йорк, Веруламий (Сент-Олбанс) и другие населенные пункты.
«Культуртрегерствующие» римляне принесли с собой в Британию не только римские 
традиции, римскую власть и римские дороги, но и римскую веру. Первоначально эта 
была «вера отцов» в Юпитера и домашних пенатов, затем среди легионеров 
распространился иранский культ Митры, а к концу четвертого века нашей эры и 
Юпитера, и Митру, и кельтских божеств вытеснило христианство.



По легенде, первым британским христианином был Иосиф Аримафейский, прибывший на 
остров вскоре после распятия Христа. По валлийскому преданию, христианскую веру 
распространил в Британии Бран Благословенный в первом веке н. э. Новая вера 
приживалась тяжело, встречала сопротивление как среди римлян, которые жестоко 
преследовали христиан, так и среди кельтского населения, не желавшего 
расставаться с богами предков. Впрочем, по словам Тертуллиана к 200 году на 
острове, вопреки усилиям римлян, уже насчитывалось около десятка христианских 
общин. Со временем, когда гонения утихли, когда сами римляне раскаялись в казни 
святого мученика Альбана, первого британского святого, — тогда, по словам Беды 
Достопочтенного, автора «Церковной истории народа англов», «верующие в Христа, 
прятавшиеся до того в лесах, пустынях и потаенных пещерах, вышли из своих 
убежищ. Они отстроили разрушенные до основания церкви и воздвигли базилики в 
память о святых мучениках. Они открывали их повсюду в знак победы, и 
праздновали святые дни, и возносили молитвы в чистоте сердца и голоса».
Пожалуй, не будет лишним отметить, что британское христианство значительно 
отличалось от христианства римского, поскольку унаследовало многое из 
друидической традиции (нередко священниками становились дети друидов и даже 
сами друиды). Духовные пастыри кельтов пожертвовали верой предков, дабы 
оградить свою паству от притеснений воинственных христиан-римлян; сделать это 
им было относительно просто, поскольку друидическая религия разделяла некоторые 
догматы христианства, прежде всего догмат Троицы (в архаической ирландской 
традиции часты упоминания о «трех богах сидов») и представление о божестве, 
распятом на дереве (или на деревянном кресте). Наследие друидов проявлялось 
даже в манере монахов выбривать голову: кельтские монахи, подобно апостолу 
Иоанну, выбривали переднюю часть головы и не трогали затылок, тогда как пример 
апостола Петра требовал от монахов выбривать тонзуру на макушке. Пасху они 
отмечали по древнееврейскому лунному календарю, тогда как календарь Римской 
церкви определял для Пасхи иную дату; на это расхождение в днях горько сетовал 
Беда Достопочтенный, посвятивший его искоренению многие страницы своего труда.
В конце четвертого столетия римляне покинули Британию. Отпадение провинции 
началось еще в середине третьего века, когда одно за другим следовали восстания 
против римлян, однако до поры до времени с ними удавалось справляться, тем паче 
что подавление ни одного из этих восстаний не требовало от римлян таких усилий, 
как подавление восстания племени икенов, которое возглавляла царица Боудикка 
(61 г.). В 383 году произошло событие, в корне изменившее расстановку сил не 
только в Британии, но и во всей империи: британские легионы провозгласили 
императором имперского легата Магна Максима. Новоиспеченный император объявил 
войну своему сопернику Грациану и переправился на континент в сопровождении 
большинства легионеров, оставив в Британии малочисленный гарнизон. Этот римский 
полководец стал героем валлийского предания «Видение Максена Вледига»; подобной 
чести он удостоился за то, что перед отплытием из Британии признал за 
валлийскими племенными вождями право на самоуправление. Мятеж Максима вверг 
империю в череду кровавых междоусобиц (сам Максим был убит в 388 г. императором 
Феодосием), и на дальние провинции, в том числе на Британию, в Риме попросту 
махнули рукой. Годом 410 датировано знаменитое письмо императора Гонория, 
предписывавшее римским гарнизонам самостоятельно обеспечивать себя всем 
необходимым и полагаться исключительно на свои силы. Несколько лет спустя