зоблачение этих клеветников неизбежно выдвинет эти вопросы на передний план, 
а мое молчание и отказ отвечать на них... могут быть превратно истолкованы как 
'неуважение к суду'".
Когда Е.П.Б. наконец нашла в себе силы возобновить работу над "Тайной 
Доктриной", выяснилось, что она все равно никак не может достичь необходимой 
для работы сосредоточенности. Однажды графиня, войдя в комнату, где работала Е.
П.Б., "увидела, что весь пол был забросан исписанными листами бумаги". Е.П.Б. 
призналась, что уже в двенадцатый раз пытается написать одну страницу, но 
всякий раз Учитель говорит ей, что пишет она ее неправильно. "Мне кажется, я 
вот-вот сойду с ума, – сказала она, – но оставьте меня, я не остановлюсь до тех 
пор, пока не справлюсь с ней, даже если мне придется провозиться всю ночь".
Графиня принесла ей чашку кофе, который хоть немного помог бы восстановить ее 
силы. И через час она наконец-то закончила эту страницу9.
В своих "Воспоминаниях" графиня писала, что набор книг, который Е.П.Б. возила с 
собой, был "крайне ограничен", в то время как ее рукописи пестрели "взятыми из 
самых редких и заумных книг цитатами, ссылками и указаниями самого разного 
свойства".
Во всех случаях Е.П.Б. старалась проверять все те копируемые ею сноски, которые 
показывались ей в виде "астральных двойников", поскольку она зачастую видела их 
в перевернутом, зеркальном изображении. Обычно ей удавалось проверять их. И 
лишь иногда при проверке обнаруживались незначительные ошибки, но никогда – 
явные несоответствия. Если ей была необходима определенная информация по 
какому-либо вопросу, то "так или иначе ей удавалось эту информацию получить: 
либо от кого-нибудь из ее друзей, либо из газеты или журнала, либо из книг, 
которые нам время от времени приходилось просматривать. Это происходило 
настолько часто и настолько безошибочно, что ни о каких случайных совпадениях 
не могло быть и речи"10.
Постепенно фурор, произведенный публикацией "Отчета", стихал, Е.П.Б. 
успокаивалась, восстанавливая контроль над своим темпераментом, и все более 
уверенно продолжала свою работу. Графиня на некоторое время вернулась к себе 
домой, в Швецию, а Е.П.Б. перебралась в Остенде, в Бельгии, где жили в то время 
ее сестра и племянница. Графиня впоследствии вновь приехала к ней в этот город.
Вскоре Е.П.Б. снова заболела и настолько серьезно, что оба лечивших ее врача 
заявили, что она не проживет более двадцати четырех часов. Графиня Вахтмейстер 
и сама к своему глубокому прискорбию "начала подмечать в ней едва заметные, но 
определенные признаки надвигающейся смерти"11.
Графиня провела у ее постели всю ночь, глядя на ее медленное угасание. Но все 
же и ее собственная усталость дала о себе знать, и графиня впала в забытье. 
Когда она очнулась от сна, настал уже новый день. В комнату заглядывали первые 
лучи утреннего солнца. Графиня с беспокойством взглянула на Е.П.Б. Старая Леди 
смотрела на графиню, и едва различимый блеск в ее глазах свидетельствовал о том,
 что она была в полном сознании.
"Здесь был Учитель, – произнесла Е.П.Б. достаточно сильным и чистым голосом, – 
он предложил мне выбор: либо умереть сейчас и получить, наконец, освобождение, 
либо остаться жить и закончить "Тайную Доктрину". Он рассказал мне о том, 
сколько мне еще придется страдать и какой ужасной будет моя жизнь в Англии, 
поскольку мне предстоит туда вернуться; но когда я подумала о тех учениках, 
которых я смогу хоть чему-то научить, и обо всем Теософском Обществе, которому 
я уже отдала всю свою душу, я решила пожертвовать собой и закончить свою работу.
 Принесите мне кофе и что-нибудь поесть и подайте мою табакерку"12.
Е.П.Б. все-таки успела закончить "Тайную Доктрину" и, кроме того, написала еще 
несколько работ. Как и предсказал ее Учитель, она отправилась в Англию, где 
продолжала писать и учить вплоть до своей кончины – 8 мая 1891 года13.
В этот период также не обошлось без неприятностей, но ни одна из них уже не 
доставляла ей таких мучений, как "Отчет" О.П.И. Она учредила новый журнал, 
который назвала "Люцифер", и основала Эзотерическую Секцию Теософского 
Общества14.
И то и другое ее начинание вызвали неодобрение оставшегося в Индии полковника 
Олкотта. Он не одобрил создание нового журнала, так как полагал, что между ним 
и "Теософом", который все еще носил ее имя на титульном листе, начнется 
"соперничество". Однако же он понимал, что "ей нужен был журнал, в котором она 
могла говорить все, что ей вздумается"15. С основанием Эзотерической Секции 
Олкотт не был согласен потому, что боялся возникновения "государства в 
государстве". Только личное вмешательство Учителя заставило его изменить свою 
точку зрения по этому вопросу, и по приезде в Англию в 1888 году он все же 
издал "решение Совета" от 9 октября 1888 г. о создании Эзотерической Секции и 
назначении ее ответственным руководителем мадам Блаватской16.
Сам Полковник большую часть времени посвящал путешествиям и лекциям, требующим 
напряжения всех его недюжинных организаторских способностей. Он всеми силами 
старался восстановить позиции Общества, понесшего такой тяжелый урон в 1884–86 
годах. Кроме того, он смог так много сделать для распространения буддизма на 
Цейлоне (ныне – Шри Ланка), что там до сих пор продолжают время от времени 
устраивать Дни его памяти.
Согласно сохранившимся записям, в последние дни жизни Олкотта (он тогда страдал 
сердечной недостаточностью) его несколько раз посещали в астральной форме 
Махатмы М. и К.Х. Присутствовавшие в его доме люди дважды видели какие-то 
фигуры. Беседы