будет  крутиться,  как  веретено,  вокруг  стада».  В  некоторых  местах  у 
восточнославянских народов  до  начала,  а иногда  до  середины ХХ  века 
сохранялись разнообразные запреты, связанные с исходящей от волков 
опасностью  и  приуроченные  к  календарным  и  суточным  срокам, 
осмысляемым  в  народной  традиции  как  временные  границы.  Так,  во 
многих местах у русских существовал запрет выполнять какую бы то ни 
было  работу  в  Егорьев  день;  крестьяне  твердо  были  убеждены,  что  в 
случае нарушения запрета скот будет подвергаться нападениям волка и 
других диких зверей.  
 
Иван-царевич на Сером волке. В. Васнецов (1889). 
В  Полесье  считали,  что  после  захода  солнца  нельзя  передавать 
ткаческие  орудия  или  приготовленную  для  тканья  основу  выносить  из 
дома и переносить через пограничные места — через реку,  за пределы 
села, — иначе на скот нападут волки. Если это было все же необходимо, 
то,  чтобы «замкнуть  волчьи  пасти»,  на  предметы  навешивали  и 
закрывали  замок.  У  русских  известен  строжайший  запрет  выгонять 
скотину  босиком,  особенно  в  день  первого  выгона  скота,  обрядность 
которого была направлена на положительное программирование условий 
выпаса в течение всего сезона. 
Многие  запреты,  обеспечивающие  благополучие  скота, 
связывались с внутрисемейной жизнью: так, с целью защиты от волков у 
украинцев не  ели мясо по  воскресеньям,  а  у белорусов  этот же  запрет 
относился к новобрачным и приурочивался ко второму дню свадьбы; на Харьковщине  
в  последнюю  ночь  масленичной  недели  мужу  и  жене  не 
дозволялась  супружеская  связь,  иначе  волки,  по  поверьям,  могли 
зарезать в хозяйстве всех поросят. 
Повсеместно был распространен запрет упоминать волка: особенно 
к  ночи,  а  у  белорусов —  и  во  время  еды.  Упоминание  волка,  как  и 
нечистой силы, по народным представлениям, накликает его появление, 
о  чем  свидетельствуют  русские  поговорки: «Про  волка  речь,  а  он 
навстречь», «Серого помянули, а серый здесь», «Сказал бы словечко, да 
волк  недалечко».  Возможно,  с  этим  запретом  связаны  многочисленные 
табуированные названия волка, наиболее распространенные из которых 
— «серый», «кузьма», «зверь». 
В  качестве  оберега  от  появления  волка  в  Волынской  губернии 
использовали  голову  загрызенной  волками  собаки:  ее  закапывали  в 
дверях  хлева.  На  Витебщине  с  такой  головой  совершали  обход  вокруг 
селения и затем вешали ее на забор. У всех восточных славян от волка, 
как от нечисти, втыкали нож в порог или стол. В Могилевской губернии 
также  накрывали  камень  горшком  и  говорили: «Моя  коровка,  моя 
кормилица  надворная,  сиди  под  горшком  от  волка,  а  ты,  волк,  гложи 
свои бока». 
Многие  защитные  меры  предпринимались  в  первый  день  сезона 
пастьбы. В районе Бреста при первом выгоне скота, для  защиты его от 
волка,  замыкали  хлев на  замок,  а  также  хату,  все  сундуки и на целый 
день  ключи  отдавали  пастуху.  Повсеместно  скотину  хлестали 
освященной  вербой,  а  перед  стадом  бросали  яйцо — «чтобы  заткнуть 
пасть  волку».  В  западнорусских  губерниях  верили,  что  от  волка  скот 
может  охранить  первое  яйцо  от  черной  курицы,  обнесенное  вокруг 
пастбища  и  оставленное  там.  Магическое  значение  приписывалось  и 
обрядовым  текстам,  приуроченным  к  дню  св.  Егория —  песням  и 
заговорам, обращенным к повелителям волков — лешему, св. Егорию. 
При  непосредственной  встрече  человека  с  волком  в  защитных 
целях  традицией  предписывались  различные  действия,  которые  иногда 
являлись  прямо  противоположными  друг  другу.  Чаще  всего  в  такой 
ситуации  старались  молчать  и  не  двигаться,  то  есть  притвориться мертвым.
  На  Смоленщине  же,  наоборот,  с  волком  вступали  в  контакт, 
стараясь  скрыть  боязнь  громким  приветствием: «Здравствуйте, 
молодцы!»  На  Гомельщине  волку  кланялись,  вставали  перед  ним  на 
колени.  Во  многих  местах  у  восточных  славян  верили,  что  если  волк 
первым  увидит  человека,  то  нападет  на  него,  а  если  человек  увидит 
зверя  первым,  то  волк  уйдет  и  не  тронет.  Как  при  встрече  с  нечистой 

силой, волка отвращали молитвой и крестным знамением. 
Приметы,  связанные  с  волком,  традиционно  могли  иметь  и 
положительное, и отрицательное толкование. Так, зверь, перебежавший 
дорогу путнику или бегущий мимо селения, предвещает удачу, счастье. 
В  представлениях  белорусов  особенно  удачной  считалась  встреча  с 
«волчьей  свадьбой»,  а  также  встреча  с  волком  во  время  свадебного 
обряда.  Так,  в  белорусском Полесье  при  отправлении  на  венчание  для 
счастья пели: 
Ой, вовче, вовчейко, 
Перебежи дорожечку 
Нашому молодому 
На счастливую дорогу. 
Плохие  приметы  связывались  в  основном  с  вторжением  волка  в 
человеческое пространство и резким увеличением количества хищников. 
Во  Владимирской  губернии  верили,  что  забежавший  в  деревню  волк 
является предвестником неурожая. По вологодским поверьям, множество