особенность мифологического персонажа.  
 
Царица. А. Бенуа. Азбука в картинах (1904) 
Нередко Царь-девица изображается огромной и тяжелой. Если она 
ступает по мосту,  то мост  гнется. В одном из вариантов сказки  героиня 
так тяжела, что ее не держит земля: «… столб проехала — у нее конь по 
колено  в  землю  стал  уходить,  земля  не  стала  поднимать,  и  она  назад 
воротилась, уехала». Подобная черта характерна для эпических героев-
великанов.  Соответственно  своей  величине  героиня  наделяется 
непомерной  физической  силой.  Вифлеена-богатырша,  например,  без особых  
усилий  может  убить  богатыря: «Ударила  она  одного  брата 
щелчком и ушибла до смерти» — или может одна победить много людей: 
«…побила  народ  и  едет  назад».  Героиня  может  ухватить  богатырского 
коня  на  лету  так,  что  его  хвост  останется  у  нее  в  руке;  одной  
ногой 
ступить  на  человека,  а  другой —  разорвать  его.  В  испытании  на 
выявление  личности «виновника»,  побывавшего  в  ее  царстве,  Царь-
девица вышибает у мнимого героя «из спины одну стежь и два сустава». 
Один  из  сказителей,  комментируя  сказку,  дал  героине  такую  оценку: 
«Она  могла  Ивана,  как  червяка,  раздавить».  Сила  Царь-девицы 
проявляется даже тогда, когда она пребывает в состоянии покоя, просто 
спит;  дыхание  богатырши  приводит  в  движение  расположенные  вокруг 
нее предметы: «…как она сдохня от себя, так полог от себя, как она сдох 
возьмет  в  себя,  белый  браный  полог  прилягается  к  сиби»; «И  в  себе 
вздохнет — двери запрутся, и от себя отдохнет — двери отопрутся». 
Продолжением внешних характеристик и силы героини являются ее 
атрибуты. Как богатырша Царь-девица имеет «быстролетную кобылицу», 
от  бега  которой «земля  дрожит»,  либо  сказочного  коня «о  шести 
крыльях». У нее есть также богатырское оружие: меч, «палица буевая», 
«копье долгомерное», «сабелька вострая». 
Важной  чертой  Царь-девицы,  выдающей  ее  мифологическую 
природу,  является  то,  что  она  может  принимать  облик  змеи: «Есь  там 
проклятая  змея,  дак  яна  тым  садом  заведуя».  Иногда  героиня 
изображается  получеловеком-полузмеей: «…а  в  последней  царской 
комнате сидит (сделанная) Царь-Девка — на половину змея, на половину 
девка».  Змеиное  начало  героини  указывает  на  ее  потустороннюю 
природу. 
Мифологическую природу героини обнаруживают ее «родственные 
отношения» с другими сказочными персонажами. У Марьи Красы Черной 
Косы,  например,  есть  бабушка,  у  которой  в  свою  очередь  есть 
«двенадцать  дочерей.  Оне  то  деушки  да  деушки,  а  будут  сейчас 
кобылушки да кобылушки». Очевидно, что «родственницы» Царь-девицы 
имеют  двойственную  природу.  В  других  вариантах  сказки  ее 
«родственниками»  являются  девушки-змеи,  дядя —  необычный  старик, лежащий  
на  земле,  трижды  обвившись  кругом  избы.  В  образе  этого 
«дяди»,  несомненно,  угадываются  черты  змея;  ему  нельзя  подавать 
руку, так как он может «сглонуть» человека. «Нечеловеческую» природу 
имеет и другой «родственник» — брат героини — «великан одноглазый, 
с  лесом  ровен»,  образ  которого  явно  соотносится  с  такими 
мифологическими  персонажами,  как  древнегреческий  Циклоп  и  Лихо 
одноглазое  русских  сказок.  Когда  герой  выжигает  ему  оловом 
единственный  глаз,  великан пытается поймать  его  с  помощью  золотого 
топорика,  кричащего: «Хозяин!  Здесь!  Держу!»  Великан  съедает 
оставшийся  на  топорике  мизинец,  который  герой  вынужден  отрезать 
ножом. В другом варианте «дядя» и «тетка» Царь-девицы описываются 
так: «Придешь — лежит старик большой-пребольшой. Голова в большом 
углу, ноги в подпороге. А на печи старуха лежит большая-пребольшая». 
Оба  они  напоминают  своими  чертами  Бабу-Ягу.  В  роли «тетки»  Царь-
девицы нередко выступает и сама Баба-Яга, которая обычно называется 
«бабушкой-задворенкой»: «доезжает до Бабки-Задворенки. Видит стоит 
избушка  на  курьих  ножках,  на  петуховой  головке <…>  видит —  сидит 
Баба-Яга».  Все  эти «родственники»  Царь-девицы,  очевидно,  являются 
представителями «иного»  сказочного  мира.  Это,  в  свою  очередь, 
свидетельствует о том, что и сама героиня принадлежит этому миру. 
Местопребывание  Царь-девицы  тоже  указывает  на  ее «чуже-
родность»  по  отношению  к «человеческому»  миру.  К  ее  царству  ведет 
«долга  бесконечна  дорога».  В  некоторых  вариантах  длительность  пути 
туда обозначается временными категориями: «взяв вин на сим лит харчу 
и  поихав».  Царство  героини  так  далеко,  что  практически  недосягаемо 
для любого персонажа, кроме настоящего  героя. Оно недоступно еще и 
потому,  что  дорога  туда  связана  с  многочисленными  препятствиями. 
Первое  из  них —  водная  преграда:  река  или  три  реки,  море,  иногда 
огненное,  или  тридевять морей.  Герою  помогает  перебраться  через  эти 
преграды  необычный  конь.  Царство  героини  нередко  находится  на 
острове: «На  четвертые  сутки  принесся  их  корабль  к  ужасному, 
высокому острову». Неприступность царства Царь-девицы обеспечивает 
также крепкая каменная стена. Кроме  того,  стена снабжена струнами и 
колокольчиками,  которые  трудно  не  задеть.  Ограда  царства  всегда 
высока: «триитажная», «три  вярсты  угору», «на  двенадцать  сажен 
вышины», «так обгорожено, шо як гля-неш — и шапка з головы злетыть;