| |
Основным атрибутом обрядовых действий являлась кукла-
«кукушка» или ряженый «кукушкой» персонаж. Чаще всего «кукушку»
изображали в виде антропоморфной куклы, реже — в виде птицы. Ее
изготавливали из растительного материала: из травы «кукушкин цвет»,
или «кукушкины слезки», ветвей березы, соломы. Человеческую или
птичью фигурку украшали пестрыми лоскутками и платком. В качестве
обрядового атрибута иногда использовали чучело кукушки или живого
воробья. Куклу, как правило, обряжали в одежду одной из участниц или
в специально сшитое платье, элементы которого соответствовали
девичьему костюму. Обязательными деталями наряда являлись нательный крест
и
украшения — ленты, бусы, мониста. Иногда «кукушку» пеленали и
перевязывали лентами, как ребенка, или наряжали в венчальное платье
с фатой. В Калужской губернии куклу одевали, как вдову или сироту — в
сарафан темных тонов и черный платок; при этом в ритуале
подчеркивалось отсутствие у «кукушки» брачной пары. В таких случаях
говорили: «Кукушка — вдова, потому что ей мужа не достало». На
Белгородчине, напротив, в обряде участвовали две куклы,
изображающие брачную пару: «кукушку» одевали в девичью одежду, а
«кукуна» — в мужскую. Бывало, что куклу укутывали в саван, подобно
покойнику.
Птица Гамаюн. В. Васнецов.
Обряд начинался с коллективного изготовления «кукушки»:
каждая участница приносила для куклы по лоскуту и ленте. Девушки
сообща собирали необходимые растения, шили одежду для «кукушки». В складчину
собирали деньги на покупку материала для куклы и
продуктов для трапезы. Готовую куклу нередко укрепляли на
сплетенных ветвях берез или под деревом. Сверху ее покрывали
платками и полотенцами. В ряде мест «кукушку» укладывали в гробик
небольшого размера, снаружи окрашенный краской, а внутри обитый
тканью; его девушки изготавливали сами или заказывали. Иногда вместо
него использовали коробку из-под конфет или мыла. Укладывая
«кукушку» в гроб, одни участницы обряда голосили, как будто
оплакивали покойника, другие рядом пели и плясали.
Особенностью обряда было шествие девушек и молодух с
«кукушкой» по деревне. Во время обхода девушки собирали с каждого
жителя по яичку или деньги для своей трапезы. Шествие
сопровождалось песнями:
У ле-ле-ле, мы в лужок идем,
У ле-ле-ле, мы кокушку несем
У ле-ле-ле, а кокушка ряба
У ле-ле-ле, а кому ж ты кума.
В некоторых местностях шествие с «кукушкой» напоминало
похоронную процессию. При этом гроб с «кукушкой» несли задворками,
чтобы не встретить односельчан. Во главе процессии шла девушка с
крышкой от гроба на голове, за ней следовала другая, изображая
священника и заунывно исполняя молитвы. Две участницы несли на
плечах палку с привязанным к ней полотенцами гробом.
Шествие направлялось в лес, в поле, к реке или на кладбище, где
«кукушку» «крестили» или «хоронили». При «крещении» на куклу
вешали один или несколько крестиков, трижды совершая над ней
крестное знамение и окуная в воду. При этом для «кукушки» выбирали
«кума» и «куму» — мальчика и девочку, после чего девушки сами
кумились с «кукушкой».
При «похоронах кукушки» в лесу или на ржаном поле отыскивали
укромное место, выкапывали там ямку, устилали ее красивыми
лоскутками и затем закапывали «кукушку» с «отпеванием». Ряженная
«священником» девушка читала молитвы, а остальные пели
специальные песни:
Прощай, прощай, кукушечка,
Прощай, прощай, рябушечка,
До новых до берез,
До красной до зари
До новой до травы.
Девушки-голубушки
Кумушки-подруженьки,
Свейте вы веночки
Из плакучей травки,
Из белой березки
В Орловской губернии гроб с «кукушкой» зарывали около ограды
кладбища, где обычно хоронили нечистых покойников, или в чьем-
нибудь огороде. В некоторых местах «кукушку» просто бросали в реку.
Время и место проведения обряда, а также саму «кукушку»
девушки тщательно скрывали от всех жителей деревни, особенно от
парней, которые старались найти и разорить куклу. В Орловской
губернии, наоборот, «кукушку» не прятали: здесь ее разорение парнями
было частью обрядовых действ и совершалось после кумления девушек.
Через некоторое время, в день раскумления, девушки
|
|
