Написан на новоассирийском диалекте не позднее IX в. до н.э.

2. Э. Райнер восстанавливает: «Твои перекладины (реи) разбиты, твои канаты 
перерезаны». Параллельное сравнение, следовательно, развивает образ разбитой, 
сломанной барки. Образ гонимого, разбитого судна в отношении потерянного, 
страждущего человека — шумерского происхождения
(также аккадское, ср. заклинание из серии «Утешения сердца божия», с. 242).
3. В подлиннике: «река внутреннего города» — т. е. Ашшу-ра. (Коммент. В.К. 
Шилейко.)
4. У Э. Райнер: «Как не быть мне гонимой, моим канатам перерубленными?»
5-6. Э. Райнер предлагает иную трактовку; «В день, как я подарила ему мою 
прелесть, как я была рада! Рада была я, рад был мой жених!»
Далее раскрывается тема страданий родами, обращения за помощью к матери, 
воспоминания о любви нареченного. Не исключено предположение, что текст вложен 
в уста умершей от родов.
В. Афанасьева

ЧЕЛОВЕК И  ЕГО  БОГ
«МУЖ СО СТЕНАНЬЕМ...»

Старовавилонская  поэма о Невинном страдальце

На русском языке публикуется впервые.

Поэма сохранилась в единственном списке XVII в. до н.э.
Проблема страдания невинных издавна занимала вавилонян; этой теме посвящено 
несколько шумерских и аккадских сочинений II тыс. до н.э., в том числе и 
публикуемые в настоящем сборнике «Поэма о Невинном страдальце» и «Вавилонская 
теодицея». Эти поэмы вышли из культовой лирики — покаянных псалмов, 
молитв-жалоб, писем к богам. К древнейшим аккадским поэмам этого круга 
относится поэма «Муж со стенанием...», представляющая собой обрамленную 
молитву-жалобу, рассказ о каком-то случае произнесения такой жалобы.
1. Возможен и другой перевод: «Муж, точно другу, своему богу плачется...»

И. Клочков




«ВЛАДЫКУ  МУДРОСТИ ХОЧУ Я   ВОССЛАВИТЬ...»

Из средневавилонскои  поэмы
о Невинном страдальце

Таблица II


На русском языке публикуется впервые.

Поэма «Владыку мудрости хочу я восславить...», посвященная проблеме невинного 
страдания, принадлежит к жанру дидактической литературы и тесно связана с 
культовой лирикой: покаянными псалмами, молитвами-жалобами, письмами к богам и 
т. п. Поэма состояла из четырех таблиц, но две последние плохо сохранились.
Владыка мудрости — главный бог г. Вавилона Мардук, и поэма воспевает его 
величие и всемогущество.
Краткое содержание поэмы: некий Шубши-мешрё-Шак-кан (его имя мы узнаем как бы 
мимоходом из таблицы III поэмы, строка 43) был, по-видимому, перед тем как на 
него обрушились многочисленные бедствия, влиятельным вельможей при дворце 
вавилонского царя. Судя по его имени, а также по именам (возможно, реальным) 
двух его знаменитых современников, упоминаемых в этом тексте (одного -из 
Ниппура, другого — из Вавилона), поэму следует датировать позднекасситским 
временем, т. е. не раньше конца II тыс. до н.э.
Таблица I описывает социальные несчастья «страдальца»: несчастный жалуется на 
потерю богатства, социального положения, царского доверия, почтения и любви 
сограждан. Он живет теперь безвестный и презираемый, ничем, по его мне-
нию, не заслужив подобных невзгод. К описаниям его мук в таблице II прибавлены 
страдания физические: он поражен всевозможными недугами, которые причиняют ему 
жесточайшие мучения, телесные и нравственные. Но есть и надежда на исцеление: в 
таблице III в трех последовательных снах ему являются персонажи, которые его 
очищают и ходатайствуют за него перед Мардуком. В таблице IV посланец Мардука 
приносит ему прощение и обещает счастье.
Поэма была настолько популярна, что в I тыс. до н.э. к ней составлялись 
специальные комментарии-толкования, разъясняющие многочисленные места, темные и 
непонятные уже в древности. В настоящем издании публикуется таблица II, 
наиболее поэтичная и выразительная.

7-9- Перечисляются разные категории заклинателей и жрецов-прорицателей, к 
которым обращался страдалец за исцелением.
11. Часто переводят: «Я оглянулся назад». Мы исходим в своем переводе из 
представлений вавилонян о времени: «будущие дни» — букв, «задние дни» (так в