Загорелся сигнал вызова. Председатель с облегчением вздохнул.
— Ну вот, он здесь. Сядьте же наконец, Корла, вы действуете мне на нервы. 
Давайте взглянем на него.
Теор Реало влетел со скоростью кометы и, пыхтя, остановился посередине комнаты. 
Он переводил свои слезящиеся глазки с одного психолога на другого:
— Как все это случилось?
— Что «все»? — холодно поинтересовался председатель. — Сядьте. Мне нужно задать 
вам некоторые вопросы.

— Нет. Сначала
вы
мне ответьте!


— 
Сядыпе\
Реало сел. Его глаза были полны слез.

— Они хотят уничтожить планету роботов.
— Не беспокойтесь об этом.
— Но вы сказали, что планету можно уничтожить, если они освоили межзвездные 
полеты. Вы так сказали. Вы дурак. Неужели вы не видите… — Реало давился словами.

Председатель Совета неловко отмахнулся:
— Можете вы успокоиться и разговаривать осмысленно? Альбинос стиснул зубы и 
выдавил из себя:

— Но у них вскоре
будут
межзвездные корабли. Оба психолога вскочили.

— Что?!
— Ну… Ну а как вы думали? — Реало тоже вскочил в ярости и отчаянии. — Вы что 
Думали: я приземлился в пустыне или в центре океана, а потом в одиночку 
обследовал всю планету? Жизнь не похожа на приключенческую книжку. Как только я 
приземлился, они меня захватили и привезли в большой город. По крайней мере, я 
думаю, что это был город — там все не так, как у нас. Там… Но я ничего вам не 
скажу.
— К черту город! — взвизгнул председатель. — Они вас захватили. Рассказывайте 
дальше.

— Они изучали
меня.
Обследовали мой корабль. И потом однажды ночью я улетел — чтобы сообщить обо 
всем Федерации. Они не знали о моем отлете. Они не хотели, чтобы я улетал. — 
Его голос сорвался. — И я предпочел бы остаться, но нужно было сообщить 
Федерации.

— Вы рассказывали им что-нибудь о своем корабле?
— Как бы я мог? Я ведь не механик. Я не знаю ни теории, ни деталей конструкции. 
Но я показал им, как работают приборы, и позволил осмотреть двигатели. Вот и 
все.
Бранд Корла пробормотал себе под нос:
— Тогда они не смогут построить корабль. Этого недостаточно.
— О, они его построят. — Голос альбиноса стал пронзительным от прозвучавшего в 
нем триумфа. — Я знаю их. Они — машины, знаете ли. Они будут работать над 
проблемой. Работать. Работать. Работать без остановки. И они добьются своего. 
Они достаточно от меня узнали. Готов держать пари, они узнали достаточно.
Председатель бросил на альбиноса долгий взгляд и устало отвернулся.
— Почему вы ничего нам не сказали раньше?
— Потому что вы отняли у меня мой мир. Я открыл его — только я, я один. И после 
того как я сделал всю работу ипозвал вас, вы вышвырнули меня вон. Все, что у 
вас нашлось для меня, — это упреки в том, что я высадился на планете и мог 
своим вмешательством все испортить. Так почему я должен вам что-то 
рассказывать? Узнавайте сами, раз вы такие умные и можете позволить себе так со 
мной обращаться.
«Изгой с комплексом неполноценности, — с горечью подумал председатель. — У него 
же мания преследования. Надо же! Все одно к одному, все становится ясно, стоит 
перестать любоваться открывающимися горизонтами и увидеть то, что находится под 
носом. И теперь уже ничего не поделаешь». — Вслух он сказал:
— Ну что же, Реало, мы все проиграли. Уходите.
— Все кончено? — напряженно спросил Бранд Корла. — Действительно все?
— Действительно все, — подтвердил председатель. — Исходный эксперимент как 
таковой кончился. Искажения, внесенные визитом Реало, скорее всего настолько 
велики, что превращают чертежи и документы, которые мы тут изучали, в мертвый 
груз. Кроме того, Марри прав. Если у роботов есть межзвездные корабли, они 
опасны.
— Но вы не должны уничтожать их! — закричал Реало. — Вы не можете их 
уничтожить! Они никому не причинили зла!
Ему никто не ответил, и он продолжал неистовствовать: