Шлосс сделал движение, как будто обеими руками хотел схватить себя за волосы и 
потянуть. Он сказал:
— Вы не специалист в области эфира.
— Это лишает вас дара речи, доктор?
— Корабль настроен на прыжок, — с отчаянием сказал Шлосс, — относительно 
гравитационного центра галактики. Возврат должен произойти в то же самое место 
с учетом движения Солнечной системы. За час, который прошел после неудачи, 
Солнечная система значительно переместилась. Первоначальная настройка сбита. 
Обычные законы движения неприменимы к гиперпространству, и нам потребуется 
неделя расчетов, чтобы определить новые параметры.
— Вы хотите сказать, что если сейчас корабль двинется, то вернется в какой-то 
непредсказуемый пункт в тысячах миль отсюда?
— Непредсказуемый? — Шлосс дико улыбнулся. — Да, можно сказать и так. «Парсек» 
может оказаться в туманности Андромеды или в центре Солнца. Во всяком случае мы 
его больше не увидим.
Сьюзан Кэлвин кивнула.
— Итак, ситуация такова. Если корабль исчезнет — а это может произойти в любую 
минуту, — вместе с ним исчезнут несколько миллиардов долларов 
налогоплательщиков, и вас обвинят в… плохой работе.
Генерал-майор Каллнер не мог бы подпрыгнуть сильнее, даже если бы ему в 
основание воткнули булавку.
Робопсихолог продолжала:
— Значит, каким-то образом нужно вывести из действия механизм гиперполя на 
корабле, и как можно скорее. Что-нибудь выключить, высвободить, разъединить. — 
Она как будто говорила сама с собой.
— Не так просто, — сказал Шлосс. — Не могу это полностью объяснить, так как вы 
не специалист. Все равно что попытаться прекратить подачу электроэнергии, 
разрезав садовыми ножницами провод высокого напряжения. Это может быть опасно. 
Это будет опасно.
— Вы хотите сказать, что любая попытка вмешаться может запустить корабль в 
гиперпространство?
— Непродуманная попытка, вероятно, приведет к этому. Гиперсилы не ограничены 
скоростью света. Вероятно, у них вообще нет ограничения скорости. Это делает 
положение очень трудным. Единственный разумный способ — выяснить причину 
неудачи и разработать безопасный способ отключения поля.
— И как вы предлагаете это сделать, доктор Шлосс?
Шлосс сказал:
— Мне кажется, единственная возможность — послать на корабль роботов типа 
Нестор…
— Нет! Не говорите глупости! — прервала его Сьюзан Кэлвин.
Шлосс холодно ответил:
— Несторы знакомы с физикой эфира. Они идеально…
— Это не предмет для обсуждения. Без моего разрешения вы не имеете права 
использовать наших позитронных роботов. А я такого разрешения не дам.
— Какая же альтернатива?
— Вы должны послать одного из ваших инженеров.
Шлосс яростно покачал головой.
— Невозможно. Слишком велик риск. Если мы потеряем корабли и человека…
— Тем не менее Нестора вы не получите. И вообще никакого робота.
Генерал сказал:
— Я… я должен связаться с Землей. Всю проблему нужно передать на высший уровень.

Сьюзан Кэлвин резко ответила ему:
— На вашем месте я не стала бы этого делать. Вы отдаетесь на милость 
правительства, не предлагая никакого собственного плана действий. Ничего 
хорошего для вас из этого не получится, я уверена.
— Но что же делать? — Генерал снова воспользовался своим носовым платком.
— Пошлите человека. Другого выхода нет.
Шлосс побледнел до болезненной серости.
— Легко сказать: пошлите человека. Но кого?
— Я обдумывала эту проблему. Здесь есть молодой человек — его зовут Блейк, я с 
ним встречалась во время предыдущего посещения Гипербазы.
— Доктор Джералд Блейк?
— Кажется, да. Он тогда был холост. А сейчас?
— По-прежнему.
— Тогда я предлагаю, чтобы его вызвали сюда, скажем, через пятнадцать минут, а 
тем временем я просмотрю его данные.
Она спокойно приняла на себя руководство ситуацией, и ни генерал Каллнер, ни 
Шлосс и не подумали с ней спорить.
Блейк видел Сьюзан Кэлвин во время ее второго посещения Гипербазы только на 
удалении. И не пытался сократить это расстояние. Теперь, вызванный к ней, он 
смотрел на нее с отвращением. Он едва заметил присутствовавших тут же генерала 
Каллнера и доктора Шлосса.
Он вспомнил, как в последнюю встречу она подвергла его вскрытию из-за 
утраченного робота.
Холодные серые глаза доктора Кэлвин смотрели прямо в горячие карие глаза Блейка.

— Доктор Блейк, — сказала она, — я полагаю, вы правильно оцениваете ситуацию.
Блейк ответил:
— Да.