нанимателей осудили за мошенничество. Лучшее описание этих судов принадлежит 
епископу Хатчинсону, имевшему доступ к личным судебным отчетам X.
1691. Трех женщин обвинили в околдовывании молодой девушки Мери Хилл из Фрома 
(Сомерсетшир). «Одна из них умерла в тюрьме, две другие предстали перед судом в 
присутствии достопочтенного Верховного судьи X. и были оправданы. Что же 
касается служанки, которая, как полагали, была околдована, то она за короткое 
время поправилась и оказалась способной выполнять свои обязанности».
Сэр Джон Холт (1642-1710), убежденный сторонник ражданской и религиозной 
свободы. Из библиотеки Г'арвардского университета.
1694. Матушка Маннингс подвергнута пытке в Сент-Эдмундсберри за maleficia, 
причем основное обвинение опиралось на события семнадцатилетней давности! 
Дополнительное обвинение было предъявлено мужчиной, возвращавшимся домой из 
пивной.
«Под присягой показано, что Томас Пеннел, ее лендлорд, не зная, как убрать ее 
из своего дома, снял и унес с собой дверь. Спустя некоторое время, когда ему 
довелось проходить мимо, она сказала ему: «Иди своей дорогой, до следующей 
субботы ты будешь лежать кверху носом на церковном дворе!» В ближайший 
понедельник ее хозяин заболел, а во вторник умер и был похоронен в течение 
недели, как она и сказала. В обвинении указывалось, что у нее был чертенок, 
похожий на черного хорька. Еще один свидетель поклялся, что, возвращаясь из 
пивной примерно в девять часов вечера, он заглянул в ее окно и увидел, как она 
вынимает из своей корзины двух чертенят, черного и белого».
X. так хорошо руководил судьями, что матушка Маннингс была оправдана. 
Предположили, что белый чертенок был «куделью, вынутой из корзины для прядения, 
а ее тень, очевидно, была черным чертенком».
1694. Маргарет Элнор судили в Ипсвиче. Показание против нее включало принятие 
домашних духов от бабушки, повешенной вместе с ее теткой за колдовство. 
«Повивальная бабка, которая обыскала ее бабушку, ...заявила, что эта женщина 
имела более отчетливые отметки, чем другие. Другие поклялись в том, что 
покрылись лишаями после ссоры с ней. Но, вопреки этим показаниям, данным под 
присягой, суд признал ее невиновной».
1695. Мери Гью из Лаунчстона (Корнуэлл). «Было установлено, что [одержимая] 
девушка, которая срыгивала булавки, солому и перья, часто наблюдала появления 
упомянутой Мери Гью. Но, несмотря на подобные показания, заключенная была 
оправдана».
1696. Элизабет Хорнер из Экстера обвинили трое одержимых детей.
«У другой девочки были искривлены ноги, однако на руках и коленях она могла 
подпрыгнуть на пять футов. Дети срыгивали булавки. Их мать свидетельствовала, 
что одна из них ходила по гладкой оштукатуренной стене, пока ее ноги не 
оказались на высоте девяти футов, а голова и того выше. Она утверждала, что это 
про-делывалось пять или шесть раз. Были установлены и многие другие странные 
вещи, но присяжные признали женщину невиновной, и после ее оправдания не 
последовало никаких неприятностей». 1701. Сара Мэрдок из Гилфорда — за 
околдовывание Ричарда Хартвея, помощника кузница. «Оправдана, а Хартвей обвинен 
в мошенничестве». Сара Мэрдок была несколько раз «расцарапана» Хартвеем, 
демонстрировавшим распространенные проявления одержимости (срыгивание булавок, 
контрактуры тела, появление пены изо рта); по отношению к ней проявилась такая 
общественная неприязнь, что ей пришлось переехать в Лондон. Даже там ее 
«преследовали на улицах, и она часто подвергалась опасности быть разорванной на 
куски». Когда судьи оправдали ее, люди были «оскорблены, как будто они 
поступили нечестно». В связи с этим судья X. распорядился установить наблюдение 
за Хартвеем и спустя шесть месяцев добился его вызова в суд. Был представлен 
длинный список его мошеннических проделок, тщательно проверенных «многими и 
солидными свидетелями»: он прятал булавки в брюках, производил таинственные 
звуки, «царапая ногой столбик кровати», притворялся, что постится, хотя на 
самом деле ел очень много. В то же самое время его наниматели были подвергнуты 
судебному преследованию за оскорбление Сары и нарушение общественного порядка. 
Следует отметить, что обвинители ведьм вызывались в суд очень редко.
Конечно, можно уверенно сказать, что со времен Республики, когда Хопкинс 
организовывал свои массовые суды, английская горячность несколько поутихла. 
Последняя казнь состоялась в 1684г., и шок, произведенный Салемом, настроил 
Англию против охоты на ведьм. Но суеверие по-прежнему процветало: многие из 
творцов общественного мнения верили в колдовство. Казни за колдовство вполне 
могли продолжаться в Англии еще два или три десятилетия (до 1722г., как это 
было в Шотландии), если бы не шлагбаум, поставленный на их пути судьей X.

Хопкинс, Метью

В течение одного года, с 1645 по 1646г. X. приобрел дурную репутацию, которая 
впоследствии сделала его имя синонимом осведомителя, доносчика и платного 
лжесвидетеля. Вместе со своим приятелем, «прокалывателем ведьм» Джоном Стерном, 
«за четырнадцать месяцев X. отправил на виселицы больше ведьм, чем все другие 
охотники Англии... повесили за сто шестьдесят лет, когда подобные преследования 
процветали в Англии» (Нотштейн). Монтегю Соммерс говорит о безнравственности X.,
 «которая придает его имени дурной запах, ...запах гнуснейшего из гнусных 
паразитов, грязного собрата Иуды и Каина».
Подобно многим безжалостным людям, он смог преодолеть первые неудачи и добиться 
скандальной известности, возбуждая одну из болевых точек общественного сознания 
и извлекая из этого выгоду. О его ранних годах известно очень мало. Сын 
священника из Суффолка, он стал адвокатом, «но очень низкого уоовня»; не сумев