женщин, привлеченных к суду за колдовство. Карин была осуждена на чрезвычайной 
сессии в Финстреме в апреле 1666г. «Закон Господень» (Исход, 12, 18) стал 
единственным основанием для казни ведьм. Инквизиторские методы использовались 
только в Ахвеннамаа и не применялись по всей Ф. Итак, мы видим, что Яков I 
ошибался, когда утверждал в «Demonolo-gy», что власть Дьявола была самой 
сильной в Лапландии, Ф., на Оркнейских и Шетландских островах, потому что 
здешнее население было наиболее невежественно. Напротив, в Ф. это суеверие было 
встречено с большим хладнокровием, здравым смыслом и неподкупностью 
законодательной системы, чем в большей части Европы. В XVIIIb. преследования 
ведьм, как и во всей Европе, здесь подходили к концу. Хотя в 1734г. закон еще 
предписывал смертную казнь за колдовство, к нему, по-видимому, никогда не 
обращались, и в 1779г. он был отменен.

Фладе, Дитрих

За все два столетия, пока продолжались сожжения ведьм (до 1589г.), вплоть до 
наших дней, дело Ф. остается самым примечательным в своей стране благодаря его 
огромной документированное™». Так писал Джордж Л. Барр в 1891г., после того, 
как обнаружил обширные, общим объемом 245 страниц судебные документы, 
считавшиеся утраченными на протяжении 300 предшествующих лет.
Происходивший из известной семьи и взявший жену из состоятельной и 
высокопоставленной семьи, д-р Ф. готовился к большой карьере. В 1559г. трирский 
князь-епископ избрал его для подавления местных протестантов. В течение 20 лет 
Ф. возглавлял светские суды, в 1580г. стал вице-губернатором Трира, а в 1586 -— 
ректором университета (единственным священником, когда-либо управлявшим данным 
учреждением). «Благодаря своему гражданскому рвению и доказанной делом 
преданности верховным властям, — писал современный историк, иезуит Кристоф 
Брауэр, — Ф. получил место судьи в этом городе. Сведущий и в частном, и в 
публичном праве, он высоко ценился за свои советы, завоевал славу и уважение 
среди князей Империи, ему также удалось разбогатеть». Однако, несмотря на свой 
престиж, в 1589г. Ф. был сожжен, подобно тысячам других, обвиненных в 
колдовстве.
Он столкнулся с дилеммой, повторявшейся в более поздние времена, — выдающийся 
человек был вынужден подчиняться безжалостным фанатикам или погибнуть. 
Соглашаясь с теорией, Ф. позже пришел к несогласию с практическими действиями и 
задерживал исполнение того, что он должен был выполнять. Он стал препятствием, 
которое следовало удалить, вследствие чего и был ложно обвинен как один из 
приверженцев оппозиции. Викарный епископ Бинсфелъд, возглавлявший охоту на 
ведьм, намекал на истинные причины нападения на Ф.: «Я слышал, как один 
известный юрист сказал, — не знаю, в шутку или всерьез, — что, будь его воля, 
он не рассматривал бы и одного обвинения из тысячи». Другой современник Ф., 
известный демо-нолог дель Рио, также использовал его имя как пример защитника 
ведьм, оказавшегося колдуном: «В наши дни доктор Ф., один из советников 
курфюрста Трира, изо всех сил пытался [препятствовать судам], но, оказавшись 
под арестом, наконец, признался в своем преступлении и обмане и был сожжен на 
костре».
Иоганн фон Шененбург, принявший в 1581г. трирскую епархию, способствовал 
подавлению еретиков-протестантов, затем высылке евреев и, наконец, искоренению 
ведьм. Пока Ф. был вице-губернатором, активность в последнем направлении была 
незначительной: первая ведьма, обвиненная в городе (1582), была просто выслана. 
Но преследования были усилены прошедшим иезуист-скую подготовку викарным 
епископом \Wei-hbischof] Бинсфельдом, автором руководства для судей по делам 
колдовства, принятого по всей Германии (1589), а также Иоганном Цандтом, новым 
(с 1584) губернатором, опытным охотником за ведьмами в сельских округах Трира.
Общественная поддержка данных лидеров обеспечивалась неблагоприятными 
прирог-дными явлениями (плохой погодой, нашествиями мышей, улиток и саранчи), 
полностью уничтожавшими урожай с 1580 по 1599 гг. (за исключением двух лет). 
Кроме того, протестантские и испанские наемники и разбойники опустошили 
местность, и поступления налогов с Нижнего Рейна прекратились. Объяснением 
всему стало колдовство. Сатанинские ведьмы были способны «обрушить жестокие 
несчастья на смертных, околдовьшать до смерти скот, уничтожать урожаи и 
вызывать самые ужасные беды». В «Хронике» Броувера читаем: «Бедные и богатые, 
люди любого возраста, пола, достатка и положения участвовали в проклятых 
преступлениях».
Чтобы противостоять влиянию Ф., ограничивавшего жестокость преследований, 
губернатор Иоганн Цандт должен был избавиться от него. И он начал постепенно 
создавать дело:
1. Цандт склонил на свою сторону архиепископа, обвинив Ф. в злом умысле против 
него. Цандт представил мальчика, поклявшегося, что он слышал, как Ф. на шабаше 
хвастался, что изобрел «смертельный яд, способный воздействовать на Его 
преосвященство, благодаря его привычке перед отходом ко сну оставлять на столе 
ладанку с освященным воском, которую он носил на шее, но этого порошка 
оказалось недостаточно, и архиепископ в этот раз избежал смерти». Как 
выяснилось из секретной переписки иезуитов, подросток находился под их 
покровительством, и обладал «большой слабостью рассудка», потому что «во время 
пира [на шабаше] съел мозг кошки».
2. Из 118 женщин и 2 мужчин, сожженных при юрисдикции Цандта в Пфальце, он 
нашел некую «старуху Марию Мейерс» которая за то, что ей пообещали удушение 
перед сожжением, происшедшим 5 июня стала кричать, что Ф. — колдун.
3. Цандт обеспечил множество подобных обвинений осужденными, которые повторяли