настоял на обвинении 6 женщин, живших в лесу Кнерсборо, которые якобы 
околдовывали его детей и вызывали у них припадки и видения. Хотя женщины были 
освобождены на выездной сессии в Йорке, Ф. привлек их к суду. Судьи снова 
отпустили их, поскольку в свидетельских показаниях «не содержалось состава 
преступления». Ф. крайне разгневался на своих «лучших, способнейших и наиболее 
разумных» соседей, благодаря которым судьи «заподозрили, что обвинение вызвано 
обманом и детскими шалостями и возникло в результате заговора, вдохновленного 
злобой, а не серьезными намерениями».
Наибольший интерес представляет описание суда, сделанное Ф., 
проиллюстрированное преподобным Майлсом Гейлом, викарием из Кейхли.

Филмер, сэр Роберт

Деревенский помещик, получивший образование в Кембриджском университете (1604), 
был известным политическим автором в середине XVIIв. Стойкий роялист, 
противостоял Гоббсу, Мильтону, придерживался абсолютистских политических 
взглядов, но по таким противоречивым предметам как ростовщичество и колдовство 
занимал очень рациональную позицию. Основная политическая работа Ф. «Patriarcha,
 or the Natural Power of Kings» оставалась в рукописи до 1680г. Единственная 
работа по колдовству — небольшая, всего в 24 странички, книжка «An 
Advertisement to the Jurymen of England Touching Witches, together with a 
difference between an English and Hebrew witch» была анонимно опубликована в 
Лондоне в 1653г.
«Прямо не отрицая колдовства, [Филмер] сатирически выступает против Перкинса, 
его защитника», — отмечал дель Рио. В определенной мере книга Ф. оказала 
прогрессивное и успокаивающее воздействие. Под влиянием повешений в Мейдстоне 
(Кент), Ф. пытался указать на «большие трудности в изобличении ведьм». Дель Рио 
утверждал: «Главным основанием является договор с Дьяволом, отречение от 
Господа и Пресвятой Девы». Следовательно, полагал Ф., «если верить дель Рио, 
никто не может стать ведьмой, не будучи христианином, и к тому же католиком, 
ибо кто же еще может отречься от покровительства Пресвятой Девы Марии». Если 
колдовство — «искусство творить чудеса», то оно должно быть либо делом рук 
колдуна, либо деянием Дьявола. Еще одно определение гласит, что «колдовство 
есть редкое исусство, не делая ничего, заставлять других делать это». Но как 
может быть осужден соучастник (ведьма) без руководителя (Дьявола), и как Дьявол 
«может быть законно вызван в суд в соответствии с нормами нашего общинного 
права»? Конечно, судьи должны были призадуматься над поставленными вопросами и 
не проявлять готовности к утверждению обвинительного приговора.
Перкинс предложил 18 признаков или доказательств ведьм, и его критерии оказали 
существенное влияние на судебные заседа ния. Ф. анализирует «признаки» 
Перкинсса и опровергает их.
Первые семь признаков сам автор при знает незначительными для обвинения ведьмы. 
Следующие восемь доказательств (ко торые, как он утверждает, использовали люди 
из [высших] кругов), он признает фальшивыми или недостаточными. Таким образом, 
из восемнадцати доказательств которые вызвали большой переполох, пятнадцать 
отбрасываются сами по себе. 3а сим остается шестнадцатое доказательство, 
которым является признание ведьмы хотя в настоящее время он вынужден 
согласиться, что само по себе признание не является достаточным доказательством 
Итак, он подходит к своему семнадцатому доказательству, которым являются два на 
дежных свидетеля. И здесь он допускает, что соглашение между Дьяволом и ведьмой 
совершается тайно, и практические действия ведьм совершаются в глубокой тайне, 
так что едва ли может быть найден человек, который (на основании своего 
собственного опыта) может утверждать подобные вещи. Следовательно, наконец, 
когда все остальные доказательства оказываются недостаточными, он принужден 
прибегнуть к своему восемнадцатому доказательству и рассказать нам, что 
существует способ, с помощью которого можно прийти к изобличению ведьмы, 
заключающийся в том, что Сатана использует все средства, чтобы изобличить ее. 
Но, как это может быть сделано, если только Дьявола не обязывают давать 
показания против ведьмы, понять невозможно.

Финляндия, колдовство в

Христианство проникло в Ф. из Швеции в 1157г. Вследствие этого языческие 
верования в природные и магические силы там сохранялись дольше, чем где-либо в 
Европе, и создавали благодатную почву для новых доктрин христианской 
демонологии. В начале XVIIb. вера в ведьм отчасти распространялась шведскими 
бродягами, зарабатывавшими себе на жизнь чародейством, немецкими ремесленниками,
 приносившими с собой заблуждения своей родины, финскими юношами, 
возвращавшимися после обучения в Германии, ветеранами, вернувшимися с 
Тридцатилетней войны и теми финнами, которые, используя мнение о лапландцах как 
вызыва-телях бурь, претендовали на подобные оккультные способности.
Во всех ранних сообщениях о колдовской ереси в Ф. особое значение придавалось 
чародейству. Епископ Конрад Битц (1460-1489) осуждает как смертные грехи 
бросание жребия, предсказания, толкование снов и использование заговоров. 
Спустя примерно столетие, в 1573г. синод в Турку [Або], тогдашней столице 
страны, отлучил от церкви предсказателей и ведьм, передав их светским властям 
для наказания, но, потерпев неудачу в их перевоспитании, присудил их к изгнанию.
 Даже в течение XVIIb. в колдовстве редко развивались теории договора и шабаша. 
В 1640г. епископ Фсак Рото-виус в проповеди в новом университете Турку сетовал 
по поводу суеверности ведьм, но не их ереси. «Когда люди заболевают, они ищут