| |
послушания. ...Однако, во время второго сношения сама женщина неофитка, плотски
познала некоего демона, интимно и глубоко, тем же самым образом, как впервые
это было проделано председательствующим демоном. Последующие же сношения были с
мужчинами, а не с демоном, за исключением случаев нехватки мужчин, чтобы
составить пару [что происходило, когда большая часть группы состояла из женщин],
когда демоны заменяли часть мужчин при сношениях, хотя это происходило далеко
не всегда. Когда женщин было меньше, замена осуществлялась дьяволицами, и это
происходило гораздо чаще. В других группах при возвращении к
председательствующему дьяволу, мужчина мог сходиться с дьяволицей. Иногда это
так и происходило, когда один из мужчин имел сношения с дьяволицей, что
указывало на его крайнюю порочность, как и женщины, которая имела большую часть
связей с дьяволами, а не с мужчинами» (Хансен, «Quellen»).
Сент-Осайтские ведьмы
«Анализ использования показаний на этом суде может привести к предположению,
что тогда (в 1582г.) в Англии еще не существовало никаких правил дачи показаний.
Охотно принимались свидетельские показания детей, в возрасте от шести до
девяти лет. Без возражений были приняты показания соседа, открыто заявившего,
что он подслушал то, что ему кажется изобличающими высказываниями...
Свидетельство эксперта в заявлении, направляемом в суд, окружалось такими
намеками, как будто врач подозревал, что данное дело было колдовством. Ничто не
исключалось из дела».
Так описывает суд над ведьмами из Сент-Осайта на выездных заседаниях в
Челмсфорде в 1582г. Уоллес Нотштейн. Как явствует из памфлета, написанного
председательствующим судьей, Брайаном Дарси, было обвинено 13 женщин и еще 10 —
в околдовывании до смерти. Скотт, спустя два года, побужденный подобными
действиями к написанию своей знаменитой книги против веры в ведьм, утверждал,
что 17 или 18 человек были казнены. Однако недавнее расследование, проведенное
Ивеном на основании эссекс-ских отчетов, показывает, что повешены были только
две женщины, исполнение остальных приговоров (если виновные были найдены
таковыми) было отсрочено или обвиненные оправданы.
Однако, несмотря на немногочисленность казней, сент-осайтское дело по-прежнему
остается, как писал Киттредж, «одним из самых примечательных дел
Елизаветинского времени». Отразив психологию женщин-доносчиц, оно, как барометр,
показывает специфику английского колдовства, находясь между известным
челмсфордским судом 1566г. и не менее знаменитым судом над уорбойски-ми
ведьмами 1593г. Вместе с тем в нем представлены местные традиции колдовства,
без перемещений, превращений и шабашей — не отмечавшиеся в судах до 19 мая
1612г. (такое «домашнее» дело представляют ланкаширские ведьмы, обедавшие
английской бараниной) — традиция вполне безобидная и сопровождающаяся участием
злобных и странных домашних животных, в качестве домашних духов выполнявших
злонамеренные распоряжения ведьм.
Отказ от правил дачи показаний отражает, как игнорировалось распоряжение,
данное в Челмсфорде Генеральным атторнеем. В 1566г. 12-летней Агнесс Браун
разрешили представить показания о призраках; в 1579г. 4-летний мальчик
выкрикнул: «Прочь, ведьма»; в 1593г. дети из Трокмортона установили формулу,
использовавшуюся Абигейл Уильяме и Анной Патнем спустя столетие. К 1582г. поиск
ведьминских знаков стал обыденным явлением и часто сопровождался обвинением
ведьм (таких как Урсула Кемп и Сесил Селе). Эти тенденции обнаруживаются и в
сент-осайтском деле, однако, хотя показания такого рода и были представлены,
присяжные признали четверых невиновными.
Охота, пронесшаяся через отдаленные пограничные деревни побережья Эссекса —
района, столь любовно описанного в «The Snow Goose» Пола Джелико (1941), — была
повседневной практикой. Урсула Кемп (не хуже и не лучше других), зарабатывала
на жизнь ухаживанием за детьми и «антиколдовством». Когда ребенок заболел,
Урсула Кемп вылечила подростка с помощью заклинания. «Я уверяю тебя, что
ребенок полностью поправится», — говорила она Грейс Торлоу, матери Давида.
Получив отказ нянчить новорожденную дочь Грейс, она была возмущена; и, когда
ребенок выпал из своей кроватки и сломал шею, «Урси» заподозрили в колдовстве.
Однако вскоре после этого Грейс приняла помощь Урсулы по излечению ее артрита,
но, после отказа уплатить ведьме 12 пенсов, она обнаружила что «ломота в
костях» вернулась. Грейс тогда пожаловалась своему хозяину, Брайану Дарси,
судье на выездной сессии в их графстве. После предварительного допроса местными
судьями Урсула была направлена на выездную сессию. С этого момента начался суд
над ведьмой.
Склонив незаконнорожденного 8-летнего сына Урсулы рассказывать разные
фантастические истории о своей матери, судья Дарси сломал отказы Урсулы
фальшивыми обещаниями милости: «Те, кто признаются в содеянном, получат большую
милость, другие же будут сожжены и повешены». Матушка Кемп, «разразившись
рыданиями», дополнила данное ее сыном описание домашних духов и затем назвала
некоторых из своих знакомых как ведьм. Так Элизабет Беннет, Алиса Хант и ее
сестра Марджори Саммон, Алиса Ньюмен, все из Сент-Осайта, предстали перед судом.
В свою очередь эти женщины вовлекли себя и других. Алиса Хант вовлекла не
только свою сестру (которая таким образом оказалась обвиненной дважды), но и
Джоан Печей. Марджори Саммон ударила рикошетом свою сестру и подтвердила
обвинение Джоан Печей. Алиса Ньюмен назвала ведьмой Элизабет Беннет. И так
далее.
За короткое время судья Дарси раскрыл целое гнездо ведьм. Обвинения предъявили
14 женщинам, большинство из которых имело дурную репутацию и отличалось
|
|
