Шостер умерла в тюрьме, заболев от плохого обращения и переохлаждения, но Мери 
Лейси спасла свою жизнь, сделав признание. Допросы этих трех женщин являются 
ярким доказательством того, как разум и сила воли могут быть сломлены под 
давлением заключения и хитроумных допросов. Фостер призналась, что «дьявол 
появлялся перед ней несколько раз в виде птицы, какой она никогда раньше не 
видела». Она «завязала узел на тряпке и бросила ее в огонь, чтобы навредить 
Тимоти Свену, и причинила вред остальным, кто жаловался на нее, путем удушения 
их кукольных подобий, и тем почти уморила их». Она подтвердила легенду о 
помеле:
«Вместе с Мартой Керье они летели на палке или шесте на сборище ведьм в деревню 
Салем. Когда они пролетали над верхушками деревьев, палка сломалась, и они 
упали. Но она крепко ухватилась за шею г-жи Керье, и они тотчас оказались в 
деревне, хотя она сильно повредила ногу».
Через несколько дней Фостер, не ведая, что ее дочь Лейси уже сделала 
трагическое признание, отказалась обвинить ее. Затем была вызвана Лейси, 
сказавшая:
«О матушка, как ты поживаешь? Мы покинули Христа, и Дьявол овладел нами. Как 
мне избавиться от этого зла? Я призываю Господа разбить мое каменное сердце, 
чтобы я смогла победить на этот раз!»
После того, как Фостер и Лейси были допрошены и уведены, ввели юную Мери Лейси, 
и сразу же у Мери Уоррен начался сильный припадок, продолжавшийся до тех пор, 
пока Лейси не дотронулась до нее. Затем она начала поносить свою мать: «Я не 
хочу знать, где моя мать, сделавшая из меня ведьму». Обвинить другого было 
лучшим способом продемонстрировать сотрудничество с судьями в расчете на 
снисхождение.
После оглашения имен судья Готторн продолжал настаивать:
В.: Твоя мать и бабушка сказали, что там был священник. А сколько людей видела 
ты?
О.: Я видела только Ричарда Керри. В.: И больше никого?
О.: Еще там был священник, и я думаю, что теперь он в тюрьме.
В.: Не было ли там двух священников? О.: Не могу сказать.
В.: Разве там не было некоего мистера Барроуса?
О.: Да, он там был.
Судья из Андовера Дадли Бродстрит выдал 40 ордеров и отказался подписывать 
остальные. Поскольку отказ в сотрудничестве по вылавливанию врагов церкви и 
государства предполагал сочувствие ведьмам и автоматически делал его колдуном, 
он был обвинен в совершении 9 убийств. Он бежал вместе с женой, хотя был сыном 
бывшего губернатора. Его брат Джон, тоже будучи сыном бывшего губернатора, был 
также обвинен в преступлении — использовании собаки для насылания болезней. 
«Упомянутая собака была подвергнута пытке и повешена как ведьма».
После Андовера девушки переместились в район Бостона.
Натаниэл Кери из Чарльстона посетила Салемское поселение, чтобы избавиться от 
порочащих ее слухов. Кери сообщал:
«Когда она предстала перед судьями, ее главными обвинителями стали две девушки. 
Моя жена заявила судьям, что до этого, дня она и не слышала о них. Ее принудили 
,-м стоять с вытянутыми вперед руками. Я хотел поддержать ее за одну из рук, но 
мне было в этом отказано. Тогда она попроси-' ла, чтобы я вытер ее слезы и пот 
с лица, что я и сделал. Затем она попросила, чтобы ей разрешили опереться на 
меня, заявляя, что иначе она упадет в обморок. Судья Готторн ответил, что, если 
у нее достаточно сил, чтобы мучить этих людей, то их должно хватить и чтобы 
стоять на ногах. Я говорил что-то против жестокости их судопроизводства, но они 
велели мне замолчать, пригрозив в противном случае выставить меня из комнаты» 
(Ка-леф, «More Wonders of the Invisible World»).
Был обвинен капитан Джон Элден из Бостона. Тогда, конечно, у него не было того 
романтического ореола, который создало ему стихотворение Лонгфелло. Но он был 
настолько известен и почитаем как знаменитый мореплаватель и участник индейских 
войн, что ордер на его арест был подписан самим губернатором Стоутоном. Девушки 
действовали по заведенному порядку, одна из них указала на капитана Хилла, но 
ей подсказал свидетель, и только тогда она правильно опознала его: «Вот стоит 
Элден! Наглец не снял шляпу перед судьями. Он продает порох и дробь индейцам и 
французам, спит с индейскими женщинами и имеет от них детей».
Когда его привели обратно в зал суда, ему приказали стоять на стуле и смотреть 
прямо на девушек: они все упали ничком. На них положили руку Элдена, и они 
тотчас поправились. В этом месте он задал судьям вопрос, и если бы на него 
ответили, то это положило бы конец всем судам: «А почему вы не падаете, когда я 
смотрю на вас? Может ли это сделать хоть один из вас?» У Элдена отобрали шпагу 
и заключили в бостонскую тюрьму. Спустя 15 недель он бежал.
Несмотря на повсеместно растущее недоверие к девушкам, в октябре Глочестер 
послал за ними, но они выявили только четырех ведьм. В июле стала спадать 
паника, вызванная нападениями французов и индейцев. Снова вызванные в суд в 
ноябре, девушки были приняты гораздо прохладнее, и никто не был арестован. По 
дороге, в Ипсвиче, они впали в свои обычные припадки при виде старой женщины, 
но население Ипсвича не обратило на это внимания.
Во время истерии было арестовано почти 150 человек. Эта цифра, скорей всего, 
занижена, поскольку изучены не все судебные отчеты. Из-за времени, отведенного 
на обвинение каждому заключенному, только 31 человек преждстал перед судом в 
1692г. (не считая Сару Черчилль и Мери Уоррен, двух обвинителей, которые вскоре 
отреклись от своих признаний). Суд последней инстанции осудил на смерть всех 31 
(шестеро из них были мужчинами). 19 были повешены. Из оставшихся 12 двое (Сара 
Осборн и Анна Фостер) умерли в тюрьме; один (Жиль Кори) был задавлен до смерти;