В.: Чему же, наконец, научил ее этот гренадер?
О.: Он дал ей бумагу, на которой были написаны все буквы. На этом листе она 
должна была нарисовать круг и стоять внутри его. Кроме того, она получила 
заговор [Zetel] с различными словами в нем, и, если она читала эти слова, то 
могла делать прохожих на улице хромыми и увечными.
В.: Делала ли она когда-нибудь подобные вещи и становился ли кто-нибудь хромым?
О.: Да, она делала это несколько раз; но действительно ли люди становились 
хромыми, она не знает.
В.: Где же теперь этот круг и бумага?
О.: Она порвала и выбросила этот круг и бумагу, когда однажды она познакомилась 
с дьяволом и узнала больше [о колдовстве].
В.: Расписалась ли она тогда в книге Дьявола? Где и когда?
О.: Да, когда она перемещалась из Вены в Прагу, куда этот гренадер взял ее. 
Этот человек перенес ее в Прагу, в комнату во дворце, где собиралось их 
собрание. Гренадер подвел ее к высочайшему господину, который сидел в середине, 
предложив ему принять ее в число членов братства.
В.: Кто тогда был этим великим господином?
О.: Без сомнения, это был дьявол.
В.: Допускал ли потом дьявол ее в свое братство?
О.: Он ответил, что она еще слишком молода и дал ей картинку, где были 
нарисованы две ведьмы. На этих двух ведьмах она должна была написать чернилами 
свое имя.
В.: Что она использовала, чтобы поставить свою подпись?
О.: Ничего. Она использовала собственную кровь, чтобы подписать свой обет ему, 
то есть дьяволу.
В.: Действительно ли она там-то и тогда-то собственной кровью и подписью отдала 
себя дьяволу?
О.: Да. Когда ей было четырнадцать лет, гренадер доставил ее в Прагу в 
вышеупомянутый салон, где она была принята им и подписалась собственной кровью.
По повелению дьявола она зарегистрировала себя в большой книге, выдавив кровь 
из руки между мизинцем и безымянным пальцем. Вместо Марии она написала — Эма 
Рената. Совершив подобное в присутствии «многих графинь и знати из Вены», она 
должна была отречься от святой Троицы и от всех святых таинств. За это она 
получила новое платье, в котором отправлялась на шабаш ведьм, мазь, порошок и 
заговор с разнообразными письменами, с помощью которых она могла околдовывать 
людей на расстоянии своего голоса. Несмотря на свое безнравственное поведение, 
она вступила в монастырь под давлением своих родителей. Там она должна была так 
выполнять свои религиозные обряды, чтобы никто не смог заметить порочную жизнь, 
к которой дьявол принудил ее. Так, она тайно осквернила семь святых причастий, 
четыре из которых спрятала в руках и в ногах, одно бросила в выгребную яму и 
другое в море, а последнее взяла с собой на шабаш ведьм.
В.: Как или каким образом она спрятала эти гостии?
О.: Она сделала разрез на своих руках и ногах перочинным ножом и поместила 
святые причастия под кожей, погрузив их внутрь, и таким образом спрятала их. 
Она претерпела ужасную боль, пока раны зажили [Она демонстрирует раны]. На 
шабаше гостии были проколоты ногтями, и из проколотых мест хлынула прозрачная 
вода.
На допросе она рассказала о своем путешествии на шабаш ведьм, что также 
соответствовало общепринятым описаниям.
В: Верила ли она в то, что это не было наваждением, а происходило на самом 
деле?
О.: Это часто бывало наваждением, но гораздо чаще это происходило на самом деле.

В приятном лесу или на большом прелестном лугу воздавались высшие почести 
дьяволу, который присутствовал в виде великого господина и властелина. Среди 
присутствующих были граф фон X. из Вены. Они ели бисквиты, анисовый хлеб и 
подобную пищу, пили кислое вино и развлекались танцами, прыжками и другими 
безумствами под музыку дьяволов. Некоторые из танцующих были одеты, но 
большинство совершенно голые. Однажды она получила золотой талер от дьявола. 
Она назвала еще двух участников, монахиню и монастырского священника. 
Лорд-канцлер Рейбельт разрешил Инквизиции привлечь этого священника. Каждый 
понедельник дьявол посещал ее в монастыре.
В.: Что он делал с ней?
О.: Каждый понедельник он ложился с ней для блуда.
В.: Как была возможна подобная вещь, поскольку дьявол является духом, 
неспособным на подобные развратные действия?
О.: У него всегда было тело, и он был настолько реален, когда совокуплялся с 
ней, что она испытывала ужасную и почти непереносимую боль. Он часто оставался 
с ней на два или три часа, но никто не знал об этом.
Теперь наступила очередь главных вопросов, связанных с ее околдовыванием 
монахинь. Она призналась во всем. Ее заклинания вызывали «помутнение разума, 
судороги, боли и мучения всех пяти чувств». Из зависти она также околдовала 
трех дворцовых дам и рыцаря. Ее враждебность к монахиням возникла, когда они 
исповедовались аббату Пре-монстратенского монастыря, которого она невзлюбила. 
Господь не позволил ей сделать его хромым и слепым с помощью чародейства.
О.: Она не могла лечить тех, кого околдовала, поскольку, как только ее 
колдовство было раскрыто, она сожгла свое платье, мази, заговоры и т.п. Теперь 
она не может никому причинить вреда.
В.: Как же тогда эти люди могут быть освобождены от этого зла?
О.: С помощью церковных обрядов, экзорсизма и религиозных действий.