снаружи дома. 
Представление о демоне-полтергейсте конца XVII в.
В разряд телекинеза можно включить якобы непроизвольные перемещения очень 
тяжелых предметов, таких как столы, кровати, тяжелая кухонная посуда, 
стаскивание постельных принадлежностей (старая шутка, известная еще парижскому 
епископу ХШв. Гильому Овернскому). Демон XVIIs. из Шпрейтона (Девон) забавлялся 
со шнурками от ботинок:
«В другой раз видели, как один из шнурков без прикосновения рук выскользнул из 
его ботинка и перелетел на другую сторону комнаты. Другой пополз за ним, но 
служанка, завидев это, своей рукой повернула его назад, но он поразительным 
образом схватил ее и обкрутился вокруг ее руки, наподобие настоящего угря или 
змеи» (Бове, «Pandaemonium», 1684).
Бросание камней является другим распространенным проявлением П. и, очевидно, 
самым ранним из отмеченных, поскольку о «ливнях камней» в Vis. до н.э. сообщал 
еще Тит Ливии, а в 530г. н.э. св. Киприан рассказал, как врач короля Теодориха 
претерпел «дьявольское нападение» в виде града камней в его доме. И. Мазер 
упоминает «Дьявола, бросавшего камни», из Нью-Хемпшира.
3. Исчезновение небольших предметов и их случайное обнаружение в неожиданных 
потайных местах.
И. Мазер рассказывает, как в Ньюбери (Массачусетс) в 1679г. Уильям Морз вместе 
со своим юным внуком Джоном Смайлзом после многочисленных любопытных 
происшествий стал есть сыр, причем «куски, которые он отрезал, вырывались у 
него и потом были обнаружены на столе под фартуком и парой брюк» («Illustrious 
Providences», 1684). На следующий день «чернильница, сделанная из рога, была 
взята у него, когда он писал, и когда после долгих поисков он не мог ее найти, 
то увидел, как она упала из воздуха около очага». Подобно другим одержимым 
детям, у Джона Смайлза были припадки, во время которых «он лаял как собака и 
кудахтал как курица... его язык вываливался изо рта». В этом случае в 
результате П. и одержимости обвинили в колдовстве Морс и Калеб Пауэлл (обеим 
удалось избежать повешения).
Синистрари, один из последних демоно-логов, приводит классическую историю 
подобных проделок. Демон-инкуб, разгневанный тем, что его ухаживания были 
отвергнуты, заставил исчезнуть стол, приготовленный для званого обеда, и унес 
из кухни всю еду. Когда опечаленные гости собрались уходить, инкуб вернул стол 
и даже накрыл его новой превосходной едой и винами. «Все гости были полностью 
удовлетворены, так что никто не мог даже думать об ужине после такого 
великолепного обеда».
4. Случайные крупные разрушения, например, поджог.
В «Daemonolatreia» (1595) Реми приводит следующую историю:
«Лет двадцать назад некий распутный демон начал беспрерывно днем и ночью 
бросать камни в слуг одного из жителей Дольмара, [Лотарингия], однако после 
того, как он безрезультатно проделывал это длительное время, жители начали 
рассматривать это как шутку и, в свою очередь, осыпали его насмешками и 
оскорблениями. Тогда под покровом ночи он поджег сразу весь дом, и никакое 
количество воды не помешало дому тотчас сгореть дотла».
Согласно ранней традиции подобные беды приписывались колдовству, затем, когда 
легковерие приняло другие формы, — столь же фантастическому П. Когда выявлялась 
определенная причина подобных разрушений: самовозгорание или дело рук человека, 
пусть и не слишком сознательного (например, «маньяка-поджигателя») — веровавшие 
в духов видели в ней не источник, а лишь сопровождение вспышки, вызванной 
демоном-П.
Перечисленные выше четыре типа беспорядков могут быть найдены в большинстве 
примеров П.
В большинстве отмеченных случаев явления П. связывают с определенными 
личностями, чаще с маленькими детьми, особенно девочками, такими как Хетти 
Веслей [см. Полтергейст в Эпворте]. Описания множества детей включают признаки 
истерии сходные с теми, что встречаются при демонической одержимости. Когда 
обман был точно доказан, причина того, что казалось сверхъестественным или 
аномальным явлением, оказывалась или происками зловредного и хитрого ребенка, 
или следствием душевного заболевания взрослого. Иногда чтение историй о 
происходивших ранее беспорядках вызывало новые явления. Так называемый П. из 
Деригоннелли, ставший известным благодаря исследованию профессора сэра Уильяма 
Барретта в 1877г., аналогичен подобному случаю в Эпворте, возможно, потому что 
пятеро детей-методистов услышали рассказ Джона Весли о Джефе. Подобным же 
образом легкомысленное обращение с памфлетом об уорбойских ведьмах вдохновило 
многих других юных мошенников подделать припадки и обвинить старых женщин в 
колдовстве.
Преследуемый дворецкий. Рис. Крукшенка. «Несмотря на усилия лорда Оррери, 
несмотря на двух епископов, бывших в то время его гостями, несмотря на 
знаменитого м-ра Геатрикса, они едва ли могли отнять дворецкого у фей, 
уносивших его как свою законную добычу. Феи подняли его в воздух над головами 
смертных, которые могли только бежать внизу, чтобы воспрепятствовать его 
падению, когда те соизволят отпустить его». — Вальтер Скотт (1830).
Люди не часто получали повреждения от П.; наиболее серьезные увечья являлись 
следствием поджогов. Молодые люди, медиумы, через которых якобы проявлялись 
неприятности от П., иногда заболевали. Петр Тирский в «Loca Infesta» [«О местах,
 населенных призраками»] (1598) рассказывает о нескольких монахинях, которым 
досаждал любящий увеселения П., щекотавший их «почти до смерти». Действия П. не 
всегда были зловредными или опасными, чаще являясь злонамеренными проделками, с 
помощью которых подросток пытался обмануть взрослых. Фактически П. ведет себя