находились ядерные боеприпасы. Позже появление американских бомбардировщиков 
фиксировалось отечественными средствами радиолокации над Ленинградом и 
Подмосковьем. Наши РЛС могли наблюдать эти полеты, но боевые средства ПВО были 
еще не в состоянии эффективно противодействовать реактивным бомбардировщикам 
янки, следовавшим на больших скоростях и высотах.
      Первое столкновение RB47х с советскими «МиГами» произошло 8 мая 1954 
года над Кольским полуостровом. В нем участвовали 3 новеньких RB47E 91го 
авиакрыла ВВС США, взлетевшие с английской авиабазы Фаерфорд. Эти самолеты 
отличала особая конструкция носовой части, где разместили фотокамеру K38. Еще 
3 камеры K17 поместили в бомбовом отсеке. Пулеметы в кормовой башне заменили 
на спаренную 20миллиметровую пушку. Но, как выяснилось позже, этого вооружения 
оказалось явно недостаточно.
      Наиболее массированно самолетыразведчики RB47 были использованы против 
Советского Союза в операции «Хоумран» («Дорога домой»), одобренной президентом 
Эйзенхауэром в начале февраля 1956 года. Для ее осуществления на авиабазе в 
Туле в Гренландии было сформировано специальное соединение под командованием 
бригадного генерала Хьюитта Уэллса, состоявшее из 16 самолетов RB47E, 28 
заправщиков KC97 и 5 новейших RB47H. Последние машины, помимо фотокамер, уже 
могли нести в бомбовых отсеках аппаратуру радиоперехвата и радиолокационного 
слежения с тремя офицерамиоператорами. Один из таких опытных операторов Брюс 
Бейли, участвовавший более чем в 400 шпионских полетах, так описал суть своей 
работы: «В ходе выполнения задания мы не раз делали ложные маневры в сторону 
советской границы (?!), чтобы заставить Советы включить дополнительные 
радиолокаторы. Несомненно, что радиолокаторы русских не работают все время. 
Зачем раскрывать свои карты? Поэтому самолеты радиолокационной разведки 
обманывают операторов радиолокаторов – умышленно летают на близком расстоянии в 
надежде, что подключатся другие радиолокаторы. Радиолокаторщики уже не 
попадаются на этот обман так легко, как раньше. Опытный бортовой 
операторразведчик изучает не только сигналы радиолокационных станций. Он может 
перехватывать данные секретной радиосвязи. Однако основным назначением самолета 
радиолокационной разведки является получение данных, с помощью которых 
определяются методы подавления радиолокаторов противника».
      По мнению американских исследователей Херша и Бэмфорда, все это 
необходимо было на случай, если «их ядерные бомбардировщики могли получить 
приказ атаковать Советский Союз или ответить на его первый удар. Соединенным 
Штатам при этом требовалось располагать сведениями о месторасположении и 
потенциальных возможностях каждой советской радарной установки и каждого 
противовоздушного объекта, чтобы гарантировать прорыв достаточному количеству 
своих самолетов».
      Объектами американского шпионажа были первые советские атомные подводные 
лодки, стратегические бомбардировщики – носители ядерных боеприпасов Ту4 
(аналог их B29 «Суперкрепость»), Ту95 («Медведь»), реактивные М4 («Бизон»), 
Ту16 («Барсук») и места их базирования, испытательные полигоны ядерного оружия 
в Семипалатинске и на Новой Земле («Банановый остров», как его окрестили янки), 
ракетного оружия в Капустином Яру и в Тюратаме. Летая вдоль границ и над 
территорией СССР, самолетышпионы собирали телеметрические данные и 
радиосигналы, передававшиеся в эфир во время запусков баллистической ракеты, 
что позволяло составлять представление о работе ее бортовых систем, определять 
расход топлива, скорость движения ракеты, оценивать в реальном времени успехи 
советской ракетноядерной программы.
      Большая часть самолетов проникала в воздушное пространство Советского 
Союза на несколько километров, но некоторые долетали до Урала. Все полеты 
выполнялись в светлое время суток. Всего в ходе операции «Хоумран» за семь 
недель американские пилоты сделали 156 вылетов, в том числе 1 массированный, 
когда 6 мая 1956 года шестерка RB47E прошла над Амбарчиком до Анадыря и 
обратно. При этом ни одна машина потеряна не была. Перехваты же «МиГов» были 
осуществлены только в 3–4 случаях и то безрезультатно.
      14 мая 1956 года последовал официальный протест Москвы. Но, как обычно, 
Вашингтон в ответной ноте сослался на «ошибки пилотов в сложных погодных 
условиях Арктики».
      26 июля 1958 года самолетразведчик RB47 в очередной раз нарушил границу 
СССР в районе Каспийского моря и углубился в его воздушное пространство на 15 
километров. Этот и последующие полеты санкционировал лично Эйзенхауэр, утвердив 
в конечном итоге операцию «Хот шоп» («Горячий цех»). В соответствии с ней 
самолеты, взлетавшие с турецкой авиабазы Инджирлик, должны были летать вдоль 
советскоиранской границы и фиксировать испытательные пуски баллистических 
ракет на территории СССР. Для этой цели к марту 1958 года туда перевели 3 новых 
самолетаразведчика RB47E.
      До весны 1959 года RB47E парили в небе над Ираном в ожидании пусков 
советских ракет. Иногда выше их совершали патрулирование и знаменитые 
самолетышпионы U2.
      Утро 1 июля 1960 года, казалось бы, не предвещало ничего плохого экипажу 
американского самолетаразведчика RB47H капитана Уильяма Палма. Второй пилот 
1й лейтенант Фримэн Олмстэд привычно принял доклады технической команды о 
готовности корабля к вылету. Штурман 1й лейтенант Джон Маккоун сверил полетные 
карты и проверил работоспособность своего навигационного оборудования. Это был 
их седьмой вылет на разведку русских объектов с английской авиабазы 
БрайзНортон, где дислоцировалось 55е авиакрыло стратегического авиационного 
командования ВВС США, в районы Баренцева и Балтийского морей и к границе ГДР с 
ФРГ. Все они прошли успешно. На этот раз «хорькам» – так именовались члены