свое дальнейшее наступление и осуществить операцию по освобождению Варшавы. В 
августе и первой половине сентября 1944 года части 1го Белорусского фронта 
потеряли 166 808 солдат! Эти потери еще больше возросли в сентябре–октябре в 
ходе кровопролитных боев за удержание исходных позиций для будущего январского 
наступления на Варшаву, принесшего долгожданное освобождение польской столице.
      Попытка Красной армии овладеть Варшавой с ходу не удалась, и положение 
повстанцев стало трагическим. В городе шли ожесточенные бои, но восстание было 
обречено. По свидетельствам очевидцев, бои на улицах по своей жестокости 
напоминали Сталинград. Сражение бушевало и под землей: немецкие саперы пускали 
в канализационные туннели газ и взрывали его. Рушились целые кварталы. Огромные 
пожары охватывали все новые территории. Немцам, осуществлявшим концентрические 
атаки, удалось разобщить повстанцев. 11 августа они начали штурм Старого города,
 который сумели захватить лишь 1 сентября. Встретив яростное сопротивление, 
нацисты только в этой части Варшавы убили 45 тысяч человек.
      Гиммлер приказал расстреливать «всех поляков в Варшаве независимо от 
возраста и пола… Пленных не брать. Варшаву сровнять с землей, чтобы показать 
Европе, что означает поднять восстание против немцев». Вслед за этим Варшава 
подверглась жестоким бомбардировкам с воздуха и обстрелам из орудий. 
Одновременно нацисты взрывали динамитом целые кварталы центра столицы. Под 
командованием обергруппенфюрера СС фон дем БахЗелевски находились, в частности,
 эсэсовские бригады «Рона» и «Дирлевангер», состоявшие из иностранных 
коллаборационистов и уголовниковрецидивистов, в числе которых находились 
русские фашисты из бригады бригаденфюрера Бронислава Каминского, а также 
формирования чувашей и «Украинского легиона самозащиты», позже вошедшего в 
состав дивизии СС «Галичина». Они устроили настоящую кровавую оргию…
      В сентябре Сталин, снова отправляя Жукова, в тот момент находившегося в 
Болгарии, в штаб 1го Белорусского фронта, неожиданно дал ему указание: «Нельзя 
ли провести частичную операцию по форсированию Вислы именно войсками Берлинга?..
 Задачу полякам поставьте лично… Вместе с Рокоссовским и сами помогите им 
организовать дело».
      Верховный почувствовал, что пора отвоевывать польскую столицу. Но почему 
он посылал в бой Войско Польское? Естественно, неспроста. Кроме политических 
мотивов, сыграла свою роль и установка командования Армии Крайовой на 
недопущение контактов с советскими войсками. У солдат Войска Польского, 
состоявшего большей частью из Армии Людовой, было несоизмеримо больше шансов 
рассчитывать на помощь со стороны соотечественников. Среди польских солдат и 
офицеров был колоссальный патриотический подъем, ведь они сражались за свою 
столицу. Это удесятеряло их силы, делало отчаянными бойцами. Разумеется, 
войскам генераллейтенанта Берлинга была оказана немалая помощь со стороны 
командования 1го Белорусского фронта. В его распоряжение передавались: 
механизированный батальон специального назначения (амфибии), механизированный 
понтонномостовой полк, зенитноартиллерийская дивизия, полк гвардейских 
минометов «катюша» и 100 десантноштурмовых лодок. Действия атаковавших, кроме 
того, поддерживали три артиллерийские бригады из резерва Главного командования 
и ряд вспомогательных частей (химики, саперы), а также самолеты 16й воздушной 
армии.
      14 сентября Красная армия взяла Прагу, варшавское предместье. 
Рокоссовский позже писал о тех днях: «Вот когда было наиболее подходящее время 
для восстания в польской столице! Если бы осуществить совместный удар войск 
фронта с востока, а повстанцев – из самой Варшавы (с захватом мостов), то можно 
было бы в этот момент рассчитывать на освобождение Варшавы и удержание ее. На 
большее, пожалуй, даже при самых благоприятных обстоятельствах войска фронта не 
были способны. Очистив от противника Прагу, наши армии подошли к восточному 
берегу Вислы. Все мосты, соединявшие предместье с Варшавой, оказались 
взорванными».
      15 сентября генераллейтенант Берлинг принял решение о форсировании Вислы,
 соединении с повстанцами в варшавском районе Чернякув и захвате южной части 
города. Холодной ночью 16 сентября первые батальоны польского десанта 
высадились на западном берегу Вислы. Однако немцы, вовремя поняв опасность 
ситуации, ослабив атаки на другие районы города, сконцентрировали свои силы на 
уничтожении плацдармов, отрезая их сплошным огневым валом от занятого 
советскими войсками восточного берега.
      К сожалению, Армия Крайова не предприняла никаких мер для того, чтобы 
установить связь с десантом и согласовать боевые действия. А может быть, просто 
не имела возможности? Трудно сказать, но за сутки до переправы, по приказу 
БурКомаровского, немцам был сдан единственный проход, соединявший район боев с 
центром города, где размещался штаб Армии Крановой. По словам маршала 
Рокоссовского, «десантные подразделения польской армии высаживались на участках 
берега, которые должны были быть в руках повстанческих отрядов. И вдруг 
оказалось, что на этих участках – гитлеровцы».
      Очевидцы вспоминали: бои были страшные, они велись в нечеловеческих 
условиях до последнего бойца. У людей не выдерживала психика. 22 сентября пал 
последний – Чернякувский плацдарм. Потери 1й армии Войска Польского и 1го 
Белорусского фронта были огромны. Поляки потеряли 6500, а 1му Белорусскому 
фронту этот отчаянный штурм обошелся в 10 тысяч убитых.
      Представитель Ставки маршал Жуков, прибыв в полосу действий 1го и 2го 
Белорусских фронтов, сразу побывал в 47й и 70й армиях, которые вели тяжелые 
бои по удержанию и расширению плацдармов на реке Нарев. Войска успеха не имели 
и несли большие потери. Только 2я танковая армия потеряла 500 танков и 
самоходных орудий. Жуков пришел к выводу о необходимости прекращения этих