святилища и светское духовенство, которое даже не было наставлено в мистериях. 
Именно против нелепостей и суеверий последних восставал Дарий и “сокрушал их”, 
так как надпись на его гробнице доказывает, что он сам был “иерофант” и маг. До 
потомства дошли только экзотерические обряды этого класса магов, так как 
великая тайна, в какой содержались “мистерии” истинных халдейских магов, 
никогда не была нарушена, сколько бы домыслов о ней не писали.
        391 Это истины, которые не могут не запечатлеваться в сознании 
серьезных мыслителей. В то время как эбиониты, назариты, хемеробаптисты, 
лампсеяне, сабеане и многие другие из ранних сект колебались впоследствии между 
расходящимися догматизмами, внушаемыми им эзотерическими и неправильно понятыми 
притчами назаретского Учителя, которого они справедливо считали пророком, — 
имелись люди, имена которых мы напрасно искали бы в истории и которые сохранили 
тайные доктрины Иисуса в таком же чистом и не искаженном виде, в каком они были 
даны. И все же все эти вышеупомянутые и спорящие между собой секты были намного 
правовернее в своем христианстве или, вернее, христизме, чем церкви Константина 
и Рима. “Странная судьба выпала на долю этого несчастного народа” (эбионитов), 
говорит лорд Эмберли, “когда, подавленных потоком язычества, хлынувшим в 
церковь, их осудили, как еретиков. Все же нет никаких доказательств, что они 
когда-либо отклонились от доктрин Иисуса или учеников, знавших его при жизни... 
Иисус сам был обрезанным... чтил храм в Иерусалиме как “дом молитвы всех 
народов”... Но поток прогресса пронесся мимо эбионитов и оставил их 
выброшенными на берег” [534, т. I, c. 446].
        392 Что, возможно, еще больше удивит американских читателей, так это 
факт, что в настоящее время в Соединенных Штатах существует мистическое 
братство, которое претендует на тесную связь с одним из старейших и наиболее 
могущественных братств Востока. Оно известно как “братство Луксора”, и в 
хранении его верных членов находятся очень важные тайны науки. Его ответвления 
широко распространены по великой Республике Запада. Хотя это братство долго и 
много трудилось, тайна его существования ревниво охраняется. Маккензи описывает 
его, как основанное “на розенкрейцеровском базисе и насчитывающее много членов” 
(“Королевская масонская энциклопедия”, с. 461). Но в этом автор ошибается — оно 
не на розенкрейцеровском базисе. Имя Луксор в основе взято от древнего 
Белуджистанского города Луксур, который находился между Белой и Кеджи, и 
который также дал имя египетскому городу.
        393 Эти люди не принимают названия “друзы” и рассматривают это 
обозначение как оскорбление. Сами себя они называют “учениками Хамсы”, их 
Мессии, который пришел к ним в десятом веке из “Страны Слова Божьего” и вместе 
со своим учеником Мохтана Боха-эдин записал это Слово и доверил на хранение 
нескольким посвященным с наставлением держать его в величайшей тайне. Их обычно 
называют унитариями.
        394 Окхал (от арабского акл — разум или мудрость) — это посвященные или 
мудрецы этой секты. В своих мистериях они занимают такое же положение, как 
иерофанты древности в элевсинских и других мистериях.
        395 Это — учение гностиков, которые верили, что Христос есть личный 
бессмертный Дух человека.
        396 Десять Мессий или аватаров опять напоминают о пяти буддийских и 
десяти брахманистских аватарах Будды и Кришны.
        397 См. дальше, письмо от “посвященного”.
        398 В этой колонке первыми стоят номера, приведенные в статье о 
“Друзах” в “Новой Американской Энциклопедии” (Эплтона) [536, т. VI, с. 631]. 
Номера в скобках показывают последовательность, в которой должны бы стоять 
заповеди, если бы они были даны правильно.
        399 Эта вредная доктрина принадлежит старой тактике католической церкви,
 но определенно является ложной в отношении друзов. Они утверждают, что 
правильно и законно не рассказывать правды о своих верованиях; никто, стоящий 
вне их секты не имеет права совать нос в их религию. Охалы никогда не поощряют 
умышленной лжи ни под какой формой, хотя миряне много раз избавлялись от 
шпионов, подсылаемых христианами, чтобы узнать их секреты, тем, что устраивали 
для них фальшивые посвящения. (См. письмо проф. Раусона автору, ниже.)
        400 Этой заповеди в Ливанском учении нет.
        401 Каждый храм в Индии окружен таким поясом священных деревьев. И 
подобно Кумбуму Кансу (Монголия) никто, кроме посвященных не имеет права 
приближаться к ним.
        402 Этот “Я”, которого греческие философы называли Аугоэйд, “Сияющий”, 
впечатляюще красиво описан в “Веде” Макса Мюллера. Доказывая, что “Веда” 
является первой книгой арийских народов, профессор добавляет, что “в ней мы 
имеем период интеллектуальной жизни человека, которому нет аналогии в 
какой-либо другой части мира. В гимнах этой Веды мы видим человека 
предоставленного самому себе, чтобы решить загадку этого мира... Он вызывает 
богов вокруг себя, он возносит хвалу, он поклоняется им. Но несмотря на всех 
этих богов... которые и под ним, и над ним, этому поэту седой древности, 
кажется, как-то не по себе. У себя в груди он тоже открыл силу, которая никогда 
не бывает безмолвной, когда он молится, никогда не отсутствует, когда он боится 
и трепещет. Кажется, что она одухотворяет его молитвы и сама же их выслушивает: 
кажется, что она живет в нем, и в то же время поддерживает его и все, что 
окружает его. Единственное имя, которое он находит подходящим для этой 
таинственной силы — это “Брахман”; ибо брахман первоначально обозначал силу, 
волю, желание и движущую силу творчества. Но этот безличный брахман тоже, как 
только ему дано имя, превращается в нечто странное и божественное. Он кончает 
тем, что становится одним из многих богов, одним из великой триады, которой