современными писателями с большим колебанием. Профессор А. Уайлдер в изданном 
им “Символическом языке древнего искусства и мифологии” Пейна Найта говорит: 
“Оно (“язычество”) выродилось в слэнг, и, в общем, применяется в более или 
менее оскорбительном значении. Более правильным выражением было бы “древние 
этнические культуры”, но оно навряд ли было бы правильно понято в его истинном 
значении, и поэтому мы приняли этот термин в популярном применении, но без 
непочтительности. Религия, давшая Платона, Эпиктета и Анаксагора, не может быть 
грубой, поверхностной или совсем недостойной беспристрастного внимания. Кроме 
того, многие обряды и доктрины, включенные как в христианский, так и в 
еврейский свод законов, сперва фигурировали в других системах. Зороастризм 
опередил гораздо больше, чем думают. Крест, облачения жрецов и символы, 
таинства, суббота, празднества и годовщины — все они старше христианской эры на 
тысячи лет. Древний культ, после того, как он был изгнан из своих бывших 
святилищ и главных городов, еще долго держался среди обитателей более скромных 
местностей. Этому факту он обязан своим позднейшим названием. Вследствие того, 
что он соблюдался в паги, или сельских местностях, его приверженцев называли 
язычниками [pagans], или провинциалами”.
        172 Норберг, предисловие к [257], с. V.
        173 См. предисловие, [142, с. 1-34].
        174 Иероним, “De Virus”, иллюст., гл. 3. “Замечательно, что несмотря на 
то, что все отцы церкви говорят, что Матфей писал на еврейском языке, сами же 
они пользуются греческим текстом, как подлинным апостолическим писанием, без 
упоминания, какое отношение еврейское Евангелие от Матфея имеет к нашему 
греческому! Оно имело много особого рода добавлений, которые отсутствуют в 
нашем Евангелии”. ([497, c. 32]; [142, c. 44].)
        175 Иероним, “Комментарии к Матфею” [495, кн. II, гл. XII, 13]. Иероним 
добавляет, что оно было написано на халдейском языке, но еврейскими буквами.
        176 [496, V, 445]; [142, c. 46].
        177 Этим объясняется также отвержение сочинений Юстина Мученика, 
который признавал только это “Еврейское Евангелие”, как по всей вероятности 
поступал и Тациан, его ученик. В каком позднем периоде божественность Христа 
была полностью установлена, мы можем судить по тому простому факту, что даже в 
четвертом веке Евсевий не осуждал эту книгу как подложную, но только относил ее 
к таким, как “Апокалипсис” Иоанна; и Креднер (“Zur Gesch. Des Kan”; с. 120) 
указывает на Никифора, внесшего ее вместе с “Откровением” в свою “Стихометрию” 
среди антилегомен. Эбиониты, истинные первые христиане, отвергая все остальные 
апостолические писания, признавали только это Евангелие [162, I, 26], и они, 
как сообщает Епифаний, вместе с назареями непоколебимо верили, что Иисус был 
только человек, “от человеческого семени”.
        178 См. [410, с. 31].
        179 Этот Иове, Иао или Иегова совсем не тот Бог мистерий, ИАО, которого 
почитали все народы древности. Мы вскоре объясним различие.
        180 Иурбо и Адунай, согласно офитам, являются именами Иао-Иеговы, одной 
из эманаций Ильда-Баофа. “Недоноски (евреи) называют Адуная Иурбой” [257, т. 
III, с. 73].
        181 В “Евангелии Никодима” набожный и анонимный автор называет 
Ильда-Баофа Сатаной; по-видимому, это один из последних камней, брошенных в уже 
наполовину разбитого врага. “Что касается меня”, говорит Сатана, извиняясь 
перед князем Ада, “я искушал его (Иисуса) и поднял свой старый народ, евреев, 
против него”, (гл. XV, 9). Изо всех примеров христианской неблагодарности, этот 
кажется наиболее выдающимся. Сперва у бедных евреев забрали священные книги, а 
затем в поддельном Евангелии их оскорбляют, указывая, что Сатана их называет 
своим “старым народом”. Если бы они были его народом, и в то же время являются 
“богоизбранным народом”, тогда имя этого Бога должно писаться Сатана, а не 
Иегова. Это логично, но мы сомневаемся, что это можно рассматривать как нечто 
лестное для “Господа Бога Израиля”.
        182 Это система назареев; Спиритус, после соединения с Карабтанос 
(материя, бурная и бессознательная), порождает семь ко злу расположенных 
звездных в Орке, “Семь фигур”, которые она родила “безмозглыми” [257, I, с. 
118]. Очевидно Юстин Мученик тоже усвоил эту идею, так как он говорит о “святых 
пророках, которые говорят, что один и тот же дух разделен на семь духов” 
(Pneumata) (“Justin ad Graekos”; [142, II, с. 52]). В Апокалипсисе Святой Дух 
разделен на “семь духов перед троном”, по персидскому, митраическому образу 
классификации.
        183 Это, действительно, очень похоже на “ревнивого Бога” евреев.
        184 Это и есть элохимы, которые создали Адама, и которые не хотели, 
чтобы человек стал, “как один из НАС”.
        185 [452], [410].
        186 Некоторые думают, что он был епископом Рима, другие — Карфагена.
        187 Его полемический труд, направленный против так называемой 
ортодоксальной церкви — католической — несмотря на его резкость и обычный 
бранный стиль, намного справедливее, принимая во внимание, что этот “великий 
африканец”, как сказано, был изгнан из Римской церкви. Если поверить Св. 
Иерониму, то только зависть и незаслуженная клевета раннего римского 
духовенства против Тертуллиана заставили его отречься от католической церкви и 
стать монтанистом. Однако, если бы неограниченное восхищение Св. Киприана, 
который называет Тертуллиана “Учителем”, и его высокая оценка были заслужены, — 
мы нашли бы в Римской церкви меньше ошибок и язычества. Выражение Винсента из 
Лери, “что каждое слово Тертуллиана было приговором, а каждый приговор — 
победой над заблуждением”, не кажется нам очень удачным, когда мы думаем о том