| |
был намотан кусок библоса [333, с. 380]. Животное обычно уводили в пустынную
область, посвященную Тифону, в те первобытные века, когда египтяне еще держали
это роковое божество в некотором почете. Именно этот обычай дал происхождение
“козлу отпущения” евреев, которые, когда рыжий бог-осел был отвергнут
египтянами, начали приносить в жертву другому богу “красного теленка”.
“Пусть все грехи, которые были совершены в этом мире, падут на меня,
чтобы мир мог быть освобожден”, — воскликнул Гаутама, индусский Спаситель, за
века до нашей эры.
Никто не будет в нашем нынешнем веке утверждать, что именно египтяне
что-либо заимствовали у израильтян, в чем они теперь обвиняют индусов. Бунзен,
Лепсий, Шампольон уже давно установили первенство Египта перед израильтянами
относительно древности, так же как и всех религиозных обрядов, которые мы
теперь опознаем у “избранного народа”. Даже Новый Завет кишит цитатами и
повторениями из “Книги Мертвых”, и Иисус, — если все, приписываемое ему его
четырьмя биографами, верно, — должен был быть знаком с египетскими
Погребальными Гимнами.638 В “Евангелии от Матфея” мы находим целые фразы из
древнего и священного “Ритуала”, который предшествовал нашей эре более чем на
4000 лет. Мы опять будем сравнивать.639
Находящаяся под судом “душа” приводится перед Озирисом, “Господом Истины”,
который сидит украшенный египетским крестом, эмблемой вечной жизни, и держит в
своей правой руке ваннус или бич правосудия.640 В “Зале Двух Истин” дух
предпринимает горячее обращение и перечисляет свои добрые деяния, которые
подтверждаются ответами сорока двух судебных заседателей — его воплощенных
деяний и обвинителей. В случае оправдания, к нему обращаются как к Озирису,
присваивая ему имя божества, откуда произошла его божественная сущность; при
этом произносятся следующие, полные величия и справедливости слова!
“Отпустите Озириса; вы видите — в нем нет вины... Он жил по истине, он
вскормлен истиной... Бог принял его, как он хотел этого. Он дал пищу моим
голодным, питье моим жаждущим, и одежду моим нагим... Священную пищу богов он
сделал пищей духов”.
В притче о “Царствии Небесном” [Матфей, XXV] Сын Человеческий (Озириса
также называют Сыном) восседает на троне своей славы, держа суд над народами, и
говорит праведным:
“Идите вы, благословенные моего Отца (Бога) и унаследуйте царство... Ибо,
я был голоден, вы дали мне пищу; я жаждал — вы напоили меня... нагим и вы одели
меня”.641
В завершение этого сходства [Матфей, III, 12]: в уста Иоанна вложены слова,
описывающие Христа как Озириса, и “веер (веятель, или ваннус) находится в его
руке”, которым он “очистит гумно Свое и соберет пшеницу Свою в житницу”.
То же самое в отношении буддийских легенд. В [Матфей, IV, 19] Иисус
говорит такие слова: “Идите за Мною, и я сделаю вас ловцами человеков”; сказано
это в ходе беседы между ним и Симоном Петром, и Андреем, его братом.
В “Der Weise und der Thor” Шмидта [647], труде полном эпизодов из жизни
Будды и его учеников, которые все взяты из оригинальных текстов, сказано об
одном новообращенном в веру Будды, что “он был пойман на крючок учения, в
точности как рыба, пойманная на приманку, и удочка тщательно вытаскивалась из
воды”. В храмах Сиама изображение ожидаемого Будды, Мессии Майтрейи,
представлено с рыбацкой сетью в руках, тогда как в Тибете он держит какую-то
ловушку. В объяснении к этому сказано:
“Он (Будда) разбрасывает по океану рождений и увяданий цветок лотоса
превосходного закона в качестве приманки; петлею приверженности, никогда не
выбрасываемой понапрасну он вытаскивает живые существа, как рыбы, и переносит
их на ту сторону реки, где истинное понимание” [648, с. 213].
Если бы эрудированный архиепископ Кейв, Грабе и д-р Паркер, которые так
горячо боролись в свое время за включение “Посланий Иисуса Христа и Абгара,
царя Едесса” в канон Священного Писания, жили бы в наши дни Макса Мюллера и
санскритологии, — мы сомневаемся, что они действовали бы так, как в свое время.
Первое упоминание этих Посланий связано со знаменитым Евсевием. Этот набожный
епископ, кажется, нашел свое призвание в том, чтобы снабдить христианство
наиболее неожиданными доказательствами для подтверждения самых диких его
фантазий. Должны ли мы в число многих свершений епископа Кесареи включить и
знание им сингалезского, пехлевийского, тибетского и других языков — этого мы
не знаем; но он, несомненно, переписал письма Иисуса и Абгара, а также
повествование о чудотворном портрете Христа, получившемся на куске материи
простым вытиранием его лица, — из буддийского Канона. Для верности, епископ
объявил, что он сам нашел это послание, написанное на сирийском языке,
сохранившееся среди архивных материалов в городе Едессе, где царствовал Абгар,
642 Мы напоминаем слова Бабриаса:
“Миф, о сын царя Александра, есть древнее человеческое изображение
сирийцев, которые жили в старину при Нине и Бэле”.
Едесса была одним из древних “святых городов”. Арабы почитают его доныне;
и там говорят на чистейшем арабском языке. Они по-прежнему называют город его
древним именем Орфа; он когда-то был городом Арфа-Касда (Арфаксад),
местонахождением Училища халдеев и магов; чей миссионер, по имени Орфей, принес
оттуда вакхические мистерии во Фракию. Вполне естественно, что Евсевий нашел
там повествование, которое он переделал в повествование об Абгаре и священном
портрете на куске материи, точно так же, как царь Бибсбисара643 получил такое
изображение благословенного Татхагаты (Будды).644 Когда царь принес материю,
Бхагават отбросил на нее свою тень [397, с. 341]. Эта “чудесная материя” с
тенью на ней все еще сохраняется, говорят буддисты; “только сама тень на ней
|
|
