| |
рии П. Вэйном была
предложена оппозиция "активный-пассивный" /14/. Свободный мужчина там
обязан был быть активным, а женщина - пассивной. Подобное противопостав-
ление не имело места в Китае [3] где отношения инь-ян теоретически пола-
гались отношениями строгого равенства, а в пособиях по интимным отноше-
ниям подразумевалось сексуальное превосходство женщины. Частые случаи
"игры на свирели" в романе отражают активность женщин, символизируя
вместе с тем "высасывание" жизненной энергии из Симэнь Цина.
Гетеросексуальная содомия считалась западными богословами противоес-
тественной, как и вообще всякий "грех содомский". В китайском романе она
встречается довольно регулярно, хотя и не столь часто, как фелляция.
Этот способ сношения можно увидеть и на гравюрах того времени. В эро-
тической поэзии и прозе часто воспеваются женские ягодицы, которые обыч-
но сравнивают с полной луной (мин юэ). В эротических фрагментах доцинс-
ких текстов изображается, как "цветущая ветвь" или "нефритовое дерево"
приближаются к полной луне. В цинское время сопутствующий этим выражени-
ям смысл был забыт, но такие сочетания, как "хоу тин хуа" ("цветы с зад-
него двора") или "хань линь фэн" ("стиль ученых"), по-прежнему были по-
нятны и употребительны /9, с. 290/.
Симэнь Цин очень ценит этот способ. С восторгом он пробует его с Ван
Шестой. Она, впрочем, изображена как женщина с причудами: "Гостям, к
примеру, было положено входить лишь с заднего крыльца. Даже мужу прихо-
дилось пробираться через засаженный цветами дворик. Лишь раз или другой
за целый месяц его пускали с парадного хода" /7, т. 2, с. 23/. Несколько
подобных случаев было у Симэнь Цина и во время встреч с другими женщина-
ми, но всегда несколько извращенными и занимающими низкое положение. Од-
но из описаний заставляет-таки предполагать, что данный способ полового
сношения не должен все же считаться обычным и естественным для того вре-
мени. Цзиньлянь - единственная из жен Симэнь Цина, которую он пробует
склонить к содомии. И эта развязная женщина соглашается на подобную сек-
суальную жертву ("метать стрелы не в яшмовую вазу, а в медный таз")
только после долгих уговоров своего мужа /7, т. 2, с. 126/.
Предпочтение, оказываемое этому способу полового сношения, объясняет-
ся в специальной литературе как особенность, присущая жителям жаркого
климата, где вагинальные рефлексы, как правило, ослаблены, вследствие
чего обычные совокупления менее предпочтительны для мужчин. Однако ван
Гулик. Обращает внимание на то, что об этом способе не упоминается ни в
санскритской, ни в классической греческой литературе. Римляне (Сенека,
Марциал) ссылаются на него как на средство временно уберечь невесту от
болезненности при дефлорации. В семитском мире анальный секс был широко
известен, о нем часто говорится и в арабских пособиях по искусству любви
/9, с. 290/. В общем, данная проблема в сексологии еще не решена.
Нет сомнения, что гомосексуальные связи между мужчинами в то время не
только терпели, но и рассматривали как нормальное явление, что подтверж-
дается законодательством эпохи Мин. Отношения мужчин описаны в романе с
той же простотой и естественностью, что и гетеросексуальные связи: "Си-
мэнь в порыве страсти обнял юношу, и они слились в жарком поцелуе. Затем
Симэнь расстегнул ему халат, обхватил обеими руками пониже талии и ска-
зал:
- Поменьше пей! Всю красоту свою испортишь!
- Не буду больше, господин, - прошептал Шутун (слуга Симэнь Цина - А.
Д.)" /7, т. 1, с. 405/.
В то же время в "Цинь, Пин, Мэй" нет ни одного описания лесбийской
любви, по другим данным - весьма распространенной.
Групповой секс в китайской художественной литературе - это, как пра-
вило, один мужчина с двумя и более женщинами. Привилегированное положе-
ние "единственного мужчины" глубоко укоренилось в китайской традиции
/11, с. 260/ [4]. На многочисленных средневековых гравюрах и в самом ро-
мане "лишние" женщины - это чаще всего служанки, помогающие мужчине по-
лучить максимум удовольствия от "основной" партнерши.
Причинение мужчиной женщине боли (даже легкой, типа покусывания) ни
разу не упоминается в древних пособиях, сцены такого рода крайне редки и
в художественной литературе. Так, в "Цзинь, Пин, Мэй" Симэнь развлекает-
ся тем, что кладет между грудей, на живот и на лобок женщины три кусочка
благовония и поджигает их. Эту процедуру он проделывает на протяжении
романа три раза и всегда с женщинами сомнительного поведения. Эти
действия можно квалифицировать как проявление садизма с той лишь сущест-
венной оговоркой, что партнерши Симэнь Цина соглашаются на этот опыт до-
бровольно, а из текста явствует, что их наслаждение также увеличивается.
Источники XVII века, где рассказывается о нравах увеселительных заведе-
ний, свидетельствуют, что практика такого рода была весьма распростра-
ненной и считалась среди куртизанок хорошим средством, чтобы удержать
понравившихся клиентов /10, с. 661/.
Два раза в романе женщина пытается компенсировать сексуальную неудов-
летворенность дурным обращением с другими женщинами. В обоих случаях это
все та же пресловутая Цзиньлянь.
И наконец, в "Цзинь, Пин, Мэй" есть два копрологических пассажа на
одну и ту же тему: Симэнь Цин мочится в рот не блещущим особо приличными
нравами женщинам: Цзиньлянь и кормилице Жуй. Но важно отметить, что в
первом случае это происходит по
|
|
