захватите? Я не поскуплюсь на расходы!
   - А зачем тебе туда, наставник? - поинтересовался лодочник.
   - Монашествую я там - в Линъиньсы - Обители Сокровенного Духа /15/. А
сейчас возвращаюсь после побывки у родных...
   - Сам я не волен решать, - сказал хозяин суденышка. -  Надобно  спро-
сить у господина сюцая.
   Челядинец Асы, который в это время пробрался на нос лодки, закричал:
   - Эй, ты, безволосый! Осел непутевый... Катись подобру-поздорову! Мой
хозяин едет на экзамены, удачу свою ищет, а ты,  плешивый,  только  беду
накличешь! Проваливай прочь, не то окачу вот из этой бадьи!  Умою  тебя,
башка твоя смутьянская!
   Вы, конечно, полюбопытствуете, отчего Асы обругал монашка такими сло-
вами? А все оттого, что в былые времена гуляла этакая едкая шутка, кото-
рая монашеский люд высмеивала: "У монаха на плечах не спокойная глава, а
смутьянская башка!". Заметим, между делом, что  слово  "смутьянский"  по
звучанию сходно с другим словом, не слишком пристойным /16/. Вот  отчего
слуга обругал монаха, видя к тому же,  что  его  шутка  повеселила  при-
сутствующих.
   - Чего срамишь? Что я, обидел кого?.. Посадите - хорошо, не  посадите
- не надо!
   Сюцай, высунувшись из оконца каюты, с удовольствием рассматривал  мо-
нашка, такого складного и миловидного. На него было просто приятно смот-
реть! Услышав название храма, молодой сюцай  подумал:  "Вокруг  обители,
как говорят, прекрасные места! Погуляю там, а монашек будет мне провожа-
тым!".
   Он быстро вышел из каюты.
   - Эй, Асы! Хватит безобразничать! Молодой наставник,  как  видно,  из
наших мест. Если ему нужно в Ханчжоу, пускай садится в лодку! Вместе по-
едем. Что здесь такого?
   Лодочник, приняв слова сюцая за приказание, пристал к берегу, и моло-
дой монах забрался на суденышко. Увидев сюцая, он  будто  остолбенел,  а
потом, поклонившись, вошел в каюту.
   "Никогда не видел такого красивого юноши! - подумал  сюцай.  -  Ликом
своим он похож на девицу. Одень его в женское платье, будет писаная кра-
савица! Какая жалость, однако, что он монах!"
   Ветер надул паруса, и суденышко стрелой полетело вперед. Сюцай и  мо-
нашек сидели в каюте. Они спросили друг у друга фамилии и место,  откуда
родом, но уже по выговору было ясно, что они земляки, и это сразу же  их
сблизило. Сюцаю понравилась речь  молодого  монаха,  исполненная  благо-
родства и изящества.
   "Не обычный инок!" - подумал он.
   Между тем монашек продолжал внимательно рассматривать сидевшего перед
ним молодого сюцая.
   Надо сказать, что в тот день погода была  изрядно  жаркая,  и  ученый
предложил спутнику скинуть верхнее платье.
   - Ничтожный инок жары не боится! - ответил монашек. - Доставьте  сами
себе такое удобство, сударь!
   Стемнело. Они поужинали, и Вэньжэнь решил совершить  вечернее  омове-
ние, от чего монашек решительно отказался. Сюцай, умывшись, лег  в  пос-
тель и, утомившись за день, сразу уснул. Асы,  как  ему  было  положено,
отправился спать на корму. Дождавшись, пока все уснули, монашек  загасил
лампу и, раздевшись, лег на ложе рядом с сюцаем. Однако ему не  спалось.
Он ворочался с боку на бок и вздыхал. Видя, что сюцай продолжает  сладко
спать, монашек тихонько придвинулся к нему и, протянув  руку,  стал  его
гладить. И вдруг рука коснулась чего-то твердого и даже будто бы  остро-
конечного. Монах сжал ладонь. В этот момент Вэньжэнь  распрямил  тело  и
проснулся. Монашек быстро отдернул руку и, стараясь  не  делать  лишнего
шума, отодвинулся в сторону. Но сюцай сразу смекнул, в чем дело.
   "Монашек, как видно, не промах! - подумал он. - Наверное, его настав-
ник не обошел красавчика своим вниманием,  приучил  к  подобным  продел-
кам!.. А почему бы мне с ним не порезвиться - шуткой  мужской  не  поте-
шиться? Как говорится: "Коли мясо возле уст, кусай - не зевай!"
   Распалившись от подобных мыслей, сюцай повернулся к монашку, так  что
их головы оказались рядом. Монах, сжавшись в комочек, безмолвствовал  и,
казалось, спал. Рука сюцая устремилась к нему и вдруг нащупала два  мяг-
ких полушария. "Вот тебе на! - изумился юноша. - Инок вроде телом совсем
не мясист, однако  ж,  гляди-ка,  какие  округлости!".  Рука  продолжала
скользить вниз, пока  не  коснулась  выпуклости  дальней  залы.  Монашек
вздрогнул всем телом, будто испугался чего-то, а потом,  перевернувшись,
лег лицом вверх. Рука Вэньжэня продолжала гладить его тело, и  вдруг,  к
своему изумлению, сюцай почувствовал, что гладит  мясистую  припухлость,
вроде пресной пампушки маньтоу.
   - Что за чудеса! - воскликнул сюцай в крайнем изумлении.  -  Отвечай,
кто ты!
   - Прошу вас, сударь, не кричите так громко!.. Откроюсь вам, я монахи-
ня. Просто я переоделась мужчиной, так в дороге удобнее!
   - Видно, нас свела сама судьба!.. Теперь я тебя не отпущу! - И он, не
долго думая, взгромоздился на юную монахиню.
   - Пожалейте бедную инокиню, сударь! - взмолилась монашка. - Я еще де-
вушка, телом не оскверненная.
   Но сюцай, пылавший от любовного огня, че стал ее слушать.
   Но вот, как говорится, дождь кончился, а тучи рассеялись.
   - Встретился я с тобою нежданно-негаданно, - промолвил сюцай,  -  как
во сне с небожительницей. Думаю, что с тобою будем видеться и  впредь!..
Расскажи о себе поподробнее!
   - Я из семьи Ян, что живет за Восточными Воротам