| |
ица?". Он терял-
ся в догадках.
- Неужели ты не усмотрела ничего подозрительного? - спросил он стару-
ху, оставшись с ней наедине.
- Вот разве что та, которая помоложе... Она вроде бы отличается от
других, но сказать точно, что это мужчина, я не могу... - ответила пови-
туха.
"Рассказывал мне кто-то, что существует секрет сжимания детородного
уда, - подумал судья. - Ведь старуха заметила, что монахиня чем-то отли-
чается... Может, это мужчина? Если так, я выведу на чистую воду мошенни-
ка! Есть один способ, как его распознать!".
Судья велел повитухе смазать между ногами монахини салом, а подчинен-
ным привести собаку, которая, едва почуяв приятный запах, принялась жад-
но слизывать сало горячим и шершавым своим языком. Лизнула раз, дру-
гой... И вдруг по телу монахини прошла дрожь, словно ей стало холодно
при нестерпимой жаре. И тут все заметили, что откуда-то изнутри выполза-
ет предмет, прямой, как палка, торчит и не падает. Молодые монахини и
повитуха стыдливо прикрыли лицо.
- Ах ты, злодей! - разъярился судья. - И смертью своей ты не смоешь
пакостных этих деяний!
Он приказал экзекуторам отвесить самозванцу сорок тяжелых батогов, а
потом надеть колодку, после чего приступил к допросу. И вот что выясни-
лось...
- Сам я монах-странник из здешних мест, - рассказал мошенник. - С ма-
лых лет был я хорош собой, а ликом походил на деву. У меня был настав-
ник, и он научил меня многим секретам, к примеру, такому искусству, как
сжимание и распрямление членов, что помогает в любовных битвах и дает
силу, которой хватает на десяток и более дев в течение ночи. Как-то я
прослышал, что последователи учения Белого Лотоса /6/ собираются в одном
храме вместе с женщинами и творят по ночам блуд. И тогда я решил проб-
раться в скит... Так я пришел сюда. Здешним инокиням я сразу пришелся по
душе, а когда они узнали про мои искусства, оставили меня насовсем и да-
же определили игуменьей. В нашу обитель приходит немало женщин и совсем
юных дев, коих я завлекаю в башню и провожу с ними ночь. Обычно они ни о
чем не догадываются, и в большинстве своем мне не отказывают, даже тог-
да, когда вдруг обнаруживают мое мужское естество. Правда, иногда попа-
даются строптивицы, которые ни за что не хотят уступить. Тогда приходит-
ся прибегать к ворожбе, уж против таких чар ни одна женщина не может ус-
тоять. Само собой, они потом узнают о том, что с ними случилось, да
только поздно - дело уже сделано! После одной ночи такие женщины в скит
не приходят. Однако большинство идет на утехи без принуждения и по свое-
му желанию и даже говорят, что готовы вкушать со мной удовольствие чуть
ли не вечно... И никто об этом не догадывался, только вы один раскрыли
секрет... Понятно, что за свои преступления я достоин тяжелой кары.
Надо вам знать, что в это же самое время жены из богатых семей успели
сообщить мужьям об аресте монахинь и те состряпали в ямынь бумагу, в ко-
торой просили о помиловании. Разгневанный судья не стал отвечать на про-
шение, а просто послал в конверте платки, и мужи не знали, куда деваться
от стыда. А судья тем временем составил такой приговор.
"Настоящим выяснилось, что некий Ван из трех У /7/ сластолюбец и блу-
додей, намазавшись румянами и скрывши имя свое, проповедовал тайны Бело-
го Лотоса, вводя в искус простой люд и дурача прекрасноликих дев. Войдя
в круг наставников, вещающих секреты своего учения, он поднялся на брег
монашества. Но в действительности он искусно скрывал позлащенные комна-
ты, превратив их в обиталище Гуаньинь, входящей за полог /8/. Соединяя
длани на молитвенном ложе, он мог извлекать нефритовый стебель, и никто
не подозревал, кто перед ним, монахиня или монах. И когда, освободив зо-
лотой лотос, он располагал тело свое на ложе расшитом, кто мог знать,
мужчина то или дева. Так аист, проникнув в гнездо самки феникса, занима-
ется игрою любовной. Так змея, проскользнув в пещеру дракона, в тучу иг-
рает и дождь!
Ясная луна ненароком осветила женские покои, а жена, увы, оказалась
не в одиночестве. Чистый ветер пробрался за красную дверь, и дева не од-
на!
Лишь разрушив обиталище блуда и предав огню лживые книги, возможно
стереть следы разврата. Лишь вырвав сердце и ослепив очи, можно искоре-
нить зло!".
После того как был зачитан приговор, судья приказал предать монаха
жестокой пытке и казни. Привыкший к изнеженной жизни, лицедей не выдер-
жал мучений и быстро испустил дух. Монахини, получив по тридцать бато-
гов, были проданы в казенные певички, а скит разрушен до основания. Что
до молодого монаха, то его тело бросили в пруд бодхисатвы гуаньинь. Про-
хожие, из тех, кто знал эту историю, идя мимо, старались скрыть улыбку,
которая невольно появлялась у них на устах.
- Чудеса! - дивились они. - Что нашли женщины в этом монахе? За что
они любили его?
Ну, а сами женщины? Многие из них, узнав о кончине монаха, вдруг ни с
того ни с сего удавились.
Монах, как известно, чинил обман да разврат долгие годы, а как умер,
не нашлось места для погребения его тела. А ведь мог он прожить спокойно
полную жизнь, если бы, конечно, вовремя задумался и остановился. "А ведь
удовольствия мои, увы, не долговечны!" - предостерег бы он себя. И если
бы так он подумал, то сразу переменил свои планы, порвал бы с монашест-
вом, нашел себе жену и прожил бы жизнь как надо.
Так что же, любезные, верны ли ваши слова о том, что обман как
|
|
