н! - пыталась утешить  его  Кунчжао,  отирая
слезы, которые катились из его глаз. - Вы скоро поправитесь.
   - Случай свел меня с вами. Я думал, что счастье  будет  сопутствовать
нам вечно, но судьба безжалостна, и, как ни горько, нам приходится расс-
таться на полпути. С тобою первой вкусил я любовь в этой обители и пото-
му именно тебя хочу просить о помощи. Это очень важно для меня,  не  от-
вергай же мою просьбу.
   - Говорите, господин, разве я смогу вам отказать! - воскликнула Кунч-
жао.
   Хэ Дацин вытащил из-под подушки ленту. Она была двухцветная - полови-
на изумрудная, как оперение попугая, половина желтоватая, словно кошачья
шкурка. Это цвета уточек-неразлучниц - символ супружеской верности.  Да-
цин протянул ленту монахине и, глотая слезы, промолвил:
   - С того дня, как я у вас, я ничего не знаю о своей семье.  Последнее
мое желание, чтобы ты передала эту ленту моей жене. Она сразу все поймет
и придет проститься со мною. Тогда я смогу умереть спокойно.
   Кунчжао тотчас  велела  послушнице  сходить  за  Цзинчжэнь.  Узнав  о
просьбе Хэ Дацина, Цзинчжэнь сказала:
   - Мы скрыли в обители мужчину и тем нарушили все святые  заповеди  до
единой. Мало того - мы довели нашего гостя до гибели. Если здесь появит-
ся его жена, едва ли она согласится молчать. Что мы тогда станем делать?
   Кунчжао, нравом более мягкая и уступчивая, чем ее подруга, была в за-
мешательстве. Тут Цзинчжэнь выхватила у нее из рук ленту и забросила под
самый потолок. Знак супружеской верности зацепился за балку и повис. Как
долго он теперь не появится на свет?
   - Что я скажу Хэ Дацину? - воскликнула Кунчжао в испуге.
   - Скажи, что мы послали ленту со служкой. Нас он ни в чем не заподоз-
рит, даже если жена и не придет.
   Несколько дней подряд Хэ Дацин справлялся, нет ли каких  известий,  а
потом решил, что жена обиделась и не хочет к нему прийти. Он впал в  от-
чаяние, громко стонал и плакал и немного спустя достиг  великого  рубежа
своих дней и скончался:
   В загробный мир ушел Дацин,
   Бездумный и блудливый -
   И больше нет в монастыре
   Монахини фальшивой.
   Монахини всхлипывали втихомолку - громко рыдать они боялись. Они омы-
ли тело Хэ Дацина душистою водою, обрядили его в новое монашеское  одея-
ние, а потом, кликнув обоих прислужников, досыта их накормили и с  горя-
щими свечами в руках направились в дальний конец сада к огромному  кипа-
рису. Прислужники вырыли глубокую яму, насыпали в нее извести и постави-
ли гроб настоятельницы. Потом возвратились  в  покои  Кунчжао,  положили
умершего на створку двери и понесли к могиле. Монахини уложили Дацина  в
гроб, прислужники плотно закрыли  крышку  и  заколотили  гроб  гвоздями.
Сверху они насыпали еще извести, завалили яму землей и  все  старательно
разровняли, так что никаких следов погребения не осталось.
   Бедняга Хэ Дацин! Со дня  праздника  Поминовения  усопших,  когда  он
впервые повстречался с монахинями, прошло немногим более трех месяцев, а
жизни его уже настал конец! Перед смертью он так и не увидел ни жены, ни
сына. Промотав значительную часть своего состояния, он обрел конец в мо-
гиле, вырытой в заброшенном саду. Поистине судьба этого человека достой-
на глубочайшего сожаления. Верно говорит о нем следующее стихотворение:
   Совет мой: духов злых не трогай,
   Иди всегда прямой дорогой.
   Что привело тебя в обитель,
   Запретных радостей любитель?
   Тебя монахини обрили,
   Потом в глухом саду зарыли.
   В могиле потаенной скрыли.
   Нет на земле твоих следов.
   Таков конец
   Любителя цветов.
   А теперь мы обратимся к жене умершего - госпоже Лу. Первые четыре или
пять дней после праздника Поминовения она нисколько не тревожилась о му-
же, в полной уверенности, что он веселится с певичками в каком-нибудь из
домов радости. Но прошло еще дней десять, а Дацин  все  не  возвращался.
Госпожа Лу послала слугу обойти все веселые дома и расспросить  о  муже.
Оказалось, что после праздника его никто не видел. Миновал месяц-Хэ  Да-
цин пропал, как в воду канул. Госпожа Лу встревожилась не на шутку.  Она
плакала, не переставая, и наконец решила расклеить повсюду объявления  о
пропаже. Все было попусту!
   Надвинулась осень, лили затяжные дожди. Дом Хэ Дацина во многих  мес-
тах дал трещины и расселся, но госпожа Лу не  хотела  нанимать  мастеров
без хозяина. Наступила, однако ж, одиннадцатая луна, и мастеров все-таки
пришлось позвать. Однажды, когда госпожа Лу расплачивалась за  сделанную
работу, ее внимание вдруг привлекла лента, которою был опоясан  один  из
мастеровых. Лента в точности походила на ту, что обычно носил ее  исчез-
нувший супруг. Сильно встревоженная, она велела служанке сказать  масте-
ровому, чтобы он дал ей взглянуть на ленту поближе. Звали этого мастеро-
во