|
это происходит” и “каковы последствия этого поведения”. Терапевт продолжает до
тех пор, пока не выйдет наружу вся последовательность событий, относящихся к
симптоматическому поведению или жалобе, пока не будет определен конечный
результат и последовательность не начнется снова. Последовательность образует
петлю самоподкрепляющей обратной связи. Теперь терапевт может наблюдать, как
каждый член семьи ведет себя, поддерживая повторяющийся паттерн, на который
семья жалуется как на симптом. Он задает вопросы в безоценочной манере, просто
интересуется, что семья делает. Так как терапевт изучает семейный язык, то
вопросы формулируются в понятиях метафор самой семьи.
Он может также попросить клиентов разыграть определенное событие, обратиться к
родителям: “Не могли бы вы сесть и присоединиться к вашим детям в их игре в
куклы”.
Терапевт использует эти данные, создавая свои собственные гипотезы, а также
организует их в некоторую форму обратной связи: “Итак, это ваша работа —
устанавливать мир между родителями? Как вы думаете, как долго они будут
нуждаться в вас как в миротворце?”
Обратная связь обычно переопределяет в позитивных понятиях каждую личность и
систему, создавая атмосферу сотрудничества. Кроме того, обратная связь помогает
членам семьи увидеть то, что они делают, и стимулирует их на изменение. Таким
образом, помимо диагностического средства эта техника является важнейшим
элементом в процессе присоединения к семье и мягкого руководства ею в
направлении нового поведения [Minuchin & Fishman, 1981; Aponte & Van Deusen,
1981].
3.4. ЦИРКУЛЯРНОЕ ИНТЕРВЬЮ
МИЛАНСКОЙ ШКОЛЫ.
АКЦЕНТ НА РАЗЛИЧИЯХ
Семейные терапевты миланской школы (M. Палаззоли, Л. Босколо, Дж. Чеччин и Дж.
Прата) также используют технологию прослеживания коммуникаций, делая особый
акцент на обнаружении различий между членами семьи. Согласно Г. Бейтсону,
информация есть различия, а различия отражают позиции в отношениях [Bateson G.,
1973].
Опознавание различий определяет взаимоотношения между тем, что сравнивается.
Взаимоотношения в этом смысле подразумевают взаимность. Если мать имеет больше
возможностей делать то, что она хочет, тогда отец — меньше. Взаимность, опять
же, подразумевает циркулярность.
Предпочтение циркулярности влияет на стиль терапевтического интервью. Терапевты
миланской школы используют особый тип вопросов — циркулярные вопросы. Задавая
те или иные виды вопросов, терапевт фактически обнаруживает свою ориентацию и
получает данные, соответствующие ей по характеру. Так, вопрос “Является ли мама
несчастной?” исследует описательные характеристики и является скорее линейным,
тогда как вопросы, исследующие различия, — “Кто первым заметил проблему?” и,
следовательно, определил ситуацию как проблемную и “Кто больше всех
расстраивается в этой ситуации?” — скорее будут циркулярными.
“Знать о том, является ли отец нежным и любящим, менее полезно, чем знать, есть
ли разница в его привязанности к кому-то сейчас по сравнению с тем, что было
раньше; или существует ли различие в его привязанности к дочери и жене” [Tomm K.
, 1981].
Построение интервью вокруг различий является одним из наиболее значительных
вкладов миланской группы в усовершенствование техники семейного
консультирования. Ориентируя опрос вокруг различий, терапевт извлекает более
релевантные данные и делает это более эффективно, чем с помощью линейных
описаний.
Можно выделить следующие типы различий:
а) различия между индивидуальностями (“Кто злится больше
всего?”);
б) различия во взаимоотношениях (“В чем разница между способом, которым мама
общается с Катей, по сравнению с тем, как она обходится с Колей?”);
в) различия во времени (“Как она общалась с ним в прошлом году по сравнению с
тем, как общается сейчас?”) и их различные комбинации.
Задавая циркулярные вопросы, терапевт активно использует категории, проясняющие
различия: больше/меньше, ближе/дальше, чаще/реже, хуже/лучше и т.д. (“Кто из
членов семьи лучше всего понимает маму?”, “Становятся ли родители ближе друг к
другу, когда Коля плохо себя ведет?”; “Чаще ли отец бывает дома, когда Павлик
ворует?” “Ссоры между братом и сестрой реже случаются, когда родители дома или
когда их нет?”).
Циркулярные вопросы — особенно полезный способ интервьюирования, если терапевт
хочет получить непредвзятую информацию о взаимодействиях в семье и не стать
жертвой навязываемого ему семейного мифа. Прослеживая циркулярные
последовательности взаимодействий, терапевт, во-первых, обычно заменяет глагол
“чувствовать” глаголом “делать”, а во-вторых, задает вопрос не самим участникам
событий, а кому-то третьему: “Что сделает Борис, когда, придя домой, увидит,
что его жена расстроена?”. Чтобы высветить различия в разного рода отношениях
между членами семьи, терапевт может попросить кого-нибудь из них
прокомментировать, как он видит отношения между двумя другими, например, мать
могут спросить, как она видит отношения между отцом и одним из детей. Потом
терапевт задает тот же самый вопрос отцу по поводу отношения матери с другим
ребенком и т.д. Эти триадические вопросы представляются очень эффективными, они
обеспечивают более ясной информацией о паттернах взаимоотношений и помогают
преодолеть сопротивление. Они ведут к нарушению “золотого правила”, обычно
действующего в симптоматических семьях, а именно, запрета на вербализованную
|
|