| |
Новый пост накрывал собою (в зависимости от пасхи) дни от
конца мая до 28 июня включительно или же от 20 до 28 июня. В любом
случае прадедовская русальная неделя, Купала и весь
двенадцатидневный цикл летних солнечных игрищ и пиршеств подпадали
под запреты петровского поста. Вплоть до XIX в. в народе ощущалось
неудобство и как бы незаконность этого поста: "Пост этот выдумали
попы вместе с бабами" 165.
----------------------------------
165 Максимов С. В. Нечистая неведомая и крестная сила, с.
477.
Другого случая такого давнего и упорного расхождения
церковного календаря с народным мы не знаем.
Все это приводит нас к выводу, что в композицию "вознесения
Александра" в средние века вкладывался особый, далекий от
литературного прототипа смысл.
В закомарах православных соборов наравне с "господскими"
праздниками возвышалось изображение божества света, солнца, летнего
расцвета природы, облеченное в легальную форму прославленного царя
(сопоставляемого иногда с Соломоном), но, вероятно, всеми понимаемое
тогда как образ языческого Дажьбога. Родство литературного
Александра с солнечным Аполлоном облегчало смысловую связь.
Русские церковники третьей четверти XII в. знали литературу
об Александре и старались противопоставить его волшебным грифонам
христианский божественный промысел. Митрополит Климент Смолятич,
читавший античных авторов и знавший, что "Димитра (Деметра) -- бо
земля ся нарицает", писал своему корреспонденту о грифоне Александра
Македонского:
"... Ни грипп Александрова въздухохождения от Египетьскыя же
жатвы в халдейскую яму скоростью принесе пророка питать (а "сила
божия"). А грипп зовется Ног, иже Александрова въздухохождения
еллиньскаа писания сказають..." 166
----------------------------------
166 Никольский Н. К. Литературные труды митрополита Климента
Смолятича, писателя XII в. СПб., 1892, с. 133 и 136.
Климент сознательно снизил легендарный эпизод с полетом на
небо, назвав его всего лишь "воздухохождением". Однако такие
академические рассуждения ученого митрополита не могли поколебать
широко укоренившегося убеждения, что древний гонимый культ обрел
изящную законную новую форму.
Совершенно естественно, что церковники-ригористы должны были
быть возмущены подобным воскрешением одного из важнейших языческих
культов, приуроченного к летнему разгару солнца "в петровки".
Введение петровского поста не приглушило древние обряды. На
рубеже XII -- XIII вв., т. е. именно в то время, когда выполнялись
скульптурные композиции на белокаменных соборах, появилось
специальное поучение: "Петра недостойного сказание о посте и о
молитве устава и чина церковного" 167. Автора больше всего заботят
два поста, предваряющие оба двенадцатидневных праздника -- зимние
святки ("филипово говение") и летний купальский цикл ("петрово
говение"). Оба эти поста автор приравнивает к великому посту,
требуя, чтобы люди клали по 300 земных поклонов каждый день.
Особенно он озабочен летним постом.
----------------------------------
167 Гальковский Н. М. Борьба христианства..., т. II, с.
148-158.
"И по съшьствии святого духа, рекше по русалиих, такоже
неделю прейти, славяще пресвятую троицю до дне всех святых (накануне
петровского поста) И отътоле дьржати по уставу отьческу до Петрова
апостола дне ... чистотою и въздерьжанием от всякого зла..." 168
----------------------------------
168 Гальковский Н. М. Борьба христианства..., т. II, с. 152.
"Петрово говейно", покрывавшее собою праздник Ивана Купалы,
вместо щедрых пиров принуждало к сверх-постному пропитанию: "в среду
и в пяток -- хлеб с овощом единою днем" и 300 земных поклонов.
Бичевались такие грехи: убийство, разбой, неслушанье божьих
заповедей, душегубство, "чародейство, науз (амулетов) ношение,
кощюны, идолослужение, моленья колодезная и речъная, песни
бесовъскыя, плясания... играния бесовъская". Почти все религиозные
проступки (особенно моления у источников и рек) могут быть отнесены
к купальским хороводам и пляскам, проводимым обязательно у реки. В
противовес разгульным праздникам автор рекомендует: "Постъныя дни
радостию духовною проводим с чистотою!"
Здесь перед нами поучение, направленное против древних
прадедовских обрядов, но есть и еще одно поучение, автор которого
бичует не столько обывателей, справляющих старые праздники, сколько
тех скульпторов, которые изготавливали "болванов выдолбленных",
|
|
