| |
рассматриваться не как выражение идеи аграрной магии (полив полей
русалками из рогов), пережитком которой являются на колтах типа № 5
трапецоидные, как бы усеченные рога с синим (водным) зигзагом, а как
выражение идеи мирового океана, окаймляющего землю. Стремление
изобразить первичность творимого мира, его зачаточное состояние,
выразилось в том, что центральная четырехчастная композиция из
ростков здесь заменена только показом семян, что встречаем на
позднем изделии из Владимира Суздальского 57.
----------------------------------
57 Гущин А. С. Памятники..., табл. XX № 2б, найдены в Кремле.
Для киевского прикладного искусства эта пара колтов не
характерна. Мастер явно подражал киевским изделиям типа № 5, но внес
свое, идущее из глубин, представление о рождении мира. Учитывая
технические детали ("семена"), можно предполагать, что это
представление отразило владимиро-суздальский вариант космогонической
легенды о гоголе, воспринявший влияние финно-угорского субстрата
(сравни шумящие привески славяно-финского пограничья). Эта
единственная пара с космогоническим гоголем не вызвала откликов в
киевском эмальерном деле XII-XIII вв.
7. Сюжет, заменивший русалок-сиринов -- две птицы y древа
(тоже космогонический, как и изображение гоголя), обогащается
совершенно новым дополнением: на одной из сторон колта в центре, на
месте прежней четырехчастной композиции из ростков мастера помещают
женскую голову 58. (Рис. 104).
----------------------------------
58 Кондаков H. П. Русские клады... табл. XV, рис. 12, 14, 18,
19.
Женщина изображена в кокошнике, от верхних углов которого
спускаются рясны, оформленные как кружки и четырехлепестковые цветы.
По сторонам того срединного круга, который в данном случае
соответствует кругу с четырехчастной композицией на колтах типа № 5,
изображены массивные, красиво изогнутые сильно стилизованные ветви.
Мне довелось слышать, как стиль барокко был определен одним
экскурсоводом как "выгибасы". Это своеобразное слово очень хорошо
подходит к тому новому стилю XII в., который проявился в колтах с
девичьими головками.
Под срединным кругом помещен маленький кружок с символом
ростка. Трудно сказать, которая из сторон нового колта
рассматривалась современниками как лицевая. Одна сторона украшена
стандартным "древом животным" и двумя птицами по сторонам его; ранее
она была безусловно лицевой, но теперь, когда появилась девичья
голова в цветочном оформлении (но не в венке) и окружении пышных
"выгибасов", эта сторона с новым сюжетом получила право считаться
лицевой 59.
----------------------------------
59 Колты с женской головой были в пропавшем кладе 1906 г.
(Киев, y Михайловского монастыря). См.: Корзухина Г. Ф. Русские
клады..., с. 124, № 108. По записи Корзухиной, на обороте были: "две
птицы по сторонам кружка и треугольника", т. е. нечто близкое к типу
№ 3.
Очень интересна другая пара колтов с женской головой 60. На
лицевой стороне -- в кругу девичья головка в золотом кокошнике; над
нею -- два сердцевидных символа ростка с красной точкой между ними;
по сторонам круга -- два рога с ветками хмеля. Hа оборотной стороне
кружок с четырехчастной композицией, образованной
папоротникообразными листьями, два коротких рога с завитками и два
"выгибаса" тоже с завитками внутри. Сам колт обрамлен 29 лучами,
образующими 30 гнезд для жемчуга, сохранившегося лишь частично.
----------------------------------
60 Килиевич С. Р. Детинец Киева..., рис. 74. Лучшее красочное
воспроизведение этого великолепного колта, найденного близ
Михайловского монастыря.
Головки на колтах этого типа следует считать девичьими, так
как y них короткие локоны и юные лица. Кокошники в обоих случаях
золотые, украшенные цветными вставками. Судя по цветочным ряснам и
символическому ростку, здесь изображалась некая покровительница
растительности, олицетворение весны. По ряду формальных признаков
(четырехлепестковые цветы, папоротник, трехлепестковые ростки) колты
с девами сближаются с орнаментикой креста Ефросиньи Полоцкой,
изготовленного Лазарем Богшею в 1161 г. 61
----------------------------------
61 Алексеев Л. В. Лазарь Богша, мастер-ювелир XII в. -- Сов.
археология, 1957, № 3, с. 234-235, рис. 10 и 11.
Кроме того, орнамент на колтах с девичьими головками по тем
же самым признакам оказывается типологически, а следовательно, и
|
|
