| |
некоего Христолюбца"). Имя Симаргла переписчиком искажено: "и в Сима
и в Рьгла...", что породило ряд недоумений в ученой среде.
Отложим рассмотрение языческих празднеств в честь вил
(очевидно, аналогичных римским dies violae) до ознакомления со
специальными ритуальными украшениями, а здесь отметим лишь, что
принесение в жертву вилам-русалкам птиц хорошо подчеркивает важность
птичьего элемента в культе этих птице-дев.
Поразительным совпадением с фольклорными данными, говорящими
о том, что вилы поливают нивы из рогов, являются изображения на
обратной стороне золотых колтов 46.
----------------------------------
46 Рибаков В. О. Київськi колти..., с. 103, рис. 3.
На золотых колтах из княжеского детинца в Киеве и из
княжеских вотчин в Поросье наиболее стандартной является следующая
система языческой орнаментации: на лицевой стороне изображаются две
сирены-вилы со знаками ростка на крыле и символами воды, росы (волны
и капли) на груди. Между вилами обязателен небольшой кружок с одним
символическим ростком. Символика ростков и воды нарочито подчеркнута
в изображении этих птице-дев.
На оборотной стороне в центре помещен круг, внутри которого
дана крупная четырехчастная композиция с ростками, обращенными или
вовне или же вовнутрь, к центру, что как бы призывало благодать
природы на единственное семя, расположенное в центре композиции. По
сторонам круга, отдельно от него, располагались два рога, обращенные
устьями вверх; иногда даже старались особым полукругом показать
объемность устья. В самом низу колта, так сказать, "у земли"
показано в маленьком треугольнике еще одно маленькое зернышко.
Разделка поверхности русалочьих рогов на колтах бывает
двоякой: на одних рогах изготовлены городки с точками семян внутри,
а на других -- плеть прорастающего хмеля. Фон в обоих случаях синий.
Рога с городками, расположенными по принципу "волчьего зуба",
образуют по всему рогу широкую волнистую линию синего цвета, которую
естественнее всего связывать с символикой небесной воды (роса,
дождь), для которой и предназначены рога-ритоны, служащие вилам для
полива полей.
Турьи рога-ритоны как священные сосуды хорошо известны нам по
изображениям на славянских идолах и по находкам в курганах
языческого времени. Орнаментика реальных рогов из курганов дает нам
те же два вида, что и на колтах: на одних рогах серебряная оковка
украшена городками (Гнездово, Шестовицы, Приладожье), а на других --
растительным узором и четырехчастной композицией (Чернигов) 47.
----------------------------------
47 Сизов В. И. Курганы Смоленской губернии. Гнездовский
могильник близ Смоленска. -- MAP, 28. СПб., 1902, вып. 1, с. 10;
Блiфельд Д. I. Давньоруськi пам'ятки Шестовiци. Київ, 1977, рис. 43,
с. 176; Бранденбург Н. Е. Курганы Южного Приладожья. -- MAP, 18,
СПб., 1895, табл. IX-4, с. 70.
Очевидно, древнерусские златокузнецы считали, что почитаемые
в их время вилы-русалки поливали поля росой (облаком-туманом,
спущенным ими на землю) из таких же турьих рогов, которые были в
обиходе то как пировая посуда (Русская Правда об ударе рогом или
чашей), то как ритуальные ритоны на свадьбах или поминках-стравах.
При всех сменах сюжетов на лицевой стороне золотых колтов,
происходивших за полтора столетия, на оборотной стороне почти всегда
остаются два рога, украшая даже самые поздние колты с изображениями
христианских святых.
Эволюция отдельных сюжетов и их комбинаций на обеих сторонах
золотых колтов представляет очень большой интерес при рассмотрении
языческой струи в прикладном искусстве великокняжеских мастеров
Киева, но эта тема чрезвычайно сложна. У нас нет стратиграфической
основы для датировок, так как по всей вероятности, подавляющее
большинство киевских кладов зарыто в декабре 1240 г. во время штурма
Киева войсками Батыя. Это относится и к провинциальным кладам в
Поросье (Княжья Гора, Девичь-Гора), Чернигове и Владимире (1237-1239
гг.).
Запутывает хронологическую картину возможная передача
драгоценностей по наследству -- в один клад могли попадать вещи
нескольких поколений, изготовленные в разное время. Кроме того,
передача по наследству могла разрознить гарнитуры убора.
В этих условиях монеты, как и другие входящие в состав клада
предметы, никак не могут служить датирующим материалом. Клады
являются хронологически разрозненными комплексами. В силу этого
эволюция сюжетов может основываться только на внутренних признаках:
частичная смена отдельных элементов, появление новых деталей,
изменение одной из сторон колта и т. п. Общая направленность
эволюции определяется её конечными звеньями -- колтами с
изображениями христианских святых Бориса и Глеба.
|
|
