| |
вопросом престижа и требованием этикета.
Как увидим далее, среди великолепных изделий из серебра с
чернью были такие, что ни одна княгиня не могла (и не должна была)
появиться в них в церкви -- так много там было откровенно языческого
8. (Рис. 95).
-----------------------------
8 Рыбаков Б. А. Русалии и бог Семаргл-Переплут. -- Сов.
археология, 1967, №2, с. 116.
Корзухинский принцип хронологического членения по материалу
столь же ненадежен, как и её первоначальный метод определения уровня
развития городского ремесла: если есть клады, то, значит, ремесло
процветало; если кладов нет, то, значит, ремесло было слаборазвитым.
В кандидатской диссертации Г. Ф. Корзухиной на этом основании
Новгород Великий XI -- XIII вв. попал в число слаборазвитых. См.:
Корзухина Г. Ф. Русские клады IX -- XIII вв. Вопросы хронологии. --
Архив ИА АН СССР, № 369. Клады, не извлеченные из земли владельцами,
-- свидетельство тотальной катастрофы, и их ареал точно
соответствует походам Батыя 1230 -- 1241 гг. (от Волжской Болгарии
до Волыни). В Новгороде татары не были, но, судя по раскопкам А. В.
Арциховского, ремесло было очень сильно развито.
Рассмотрим предметы женского убора русских княжеско-боярских
кругов в том же порядке, как рассматривали деревенское убранство.
Головной убор. Диадемы
Для головных уборов княгинь XI -- XII вв. мы располагаем
двумя уникальными золотыми диадемами с перегородчатой эмалью (из
Киева и с берегов Роси) и очень значительным количеством так
называемых "трехбусинных височных колец" -- тоже, как правило,
золотых. Диадемы, по всей вероятности, завершали наверху
своеобразный кокошник -- "венец городчатый", расшитый в остальной
части узором из мелких бляшек.
В общий комплекс "головного" (так называют в некоторых местах
кокошник и привески к нему) 9 входят также "рясны" и висящие на них
колты ("КЪЛЪТЪКЫ" может быть, связано с глаголом "колтыхаться").
Приблизительную реконструкцию я дал в 1965 г. 10
----------------------------------
9 Рыбаков Б. А. Стольный город Чернигов и удельный город
Вщиж. -- В кн.: По следам древних культур. Древняя Русь. М., 1953;
Он же. Язычество древних славян.
10 История СССР. М., 1966, т. I, рис. на с. 680.
О древнерусском головном уборе мы можем судить не только по
миниатюрам, но и по изображениям на частях самого убора: на колтах
с эмалевым рисунком женской головы (XII в.) мы видим высокий
кокошник с треугольным завершением и спускающимися от него
полихромными ряснами в виде цветков. Известен колт, украшенный черьню
(с. Залесцы) с изображением сирина-вилы; он интересен тем, что по
трем углам фронтонообразного кокошника помещено солнце в трех
позициях: восходящее, полдневное, закатное. Это уже известный нам
(см. гл. 10) показ макрокосма в его динамике -- солнце, идущее по
небосводу.
П. П. Толочко пытался доказать, что золотые диадемы -- не
женские украшения, а инсигнии великих князей 11. Исследователь
правильно считает, что у русских князей могли быть торжественные
коронообразные уборы, но он необоснованно лишает подобного убора их
жен. На Трирской псалтыри, как известно, княгиня, мать князя
Ярополка Изяславича, изображена в высоком головном уборе, увенчанном
зубчатой диадемой 12.
----------------------------------
11 Толочко П. П. Про принадлежнiсть i функцiональне
призначення дiадем i барм в древнiй Pyci. -- В кн.: Археологiя,
Київ, 1963, т. XV, с. 153-154.
12 Кондаков Н. П. Изображение русской княжеской семьи в
миниатюрах XI в СПб., 1906, с. 15, табл. 4.
Трудно понять Т. И. Макарову, которая пишет: "Назначению
диадем была посвящена специальная серьезная статья П. П. Толочко. Он
приходит к выводу, что диадемы (как и бармы) были регалиями
древнерусских княгинь" (Указ соч., с. 52). Однако в "серьезной
статье" П. П. Толочко говорится совершенно обратное: "Утверждение,
что диадемы... были принадлежностью женского убора, не имеет под
собой никаких оснований" (Указ, соч., с. 154). Киевскую диадему П.
П. Толочко твердо считает "короной древнерусских князей" (с. 153),
а по поводу сахновской диадемы пишет: "Было бы странно, если бы
диадема с подобными символами (Александр Македонский) принадлежала
женщине..." (там же).
Необходимо учесть следующее: среди всех 110 кладов,
зарегистрированных до 1954 г. (сводка Г. Ф. Корзухиной), нет ни
|
|
