места, где кончалась заколдованная ткань одежды и  начиналось  тело
  человека.
      То же самое мы видим и  в  народной  архитектуре:  декоративные
  (а в свое время магически-заклинательные по своему смыслу) элементы
  располагаются на воротах, вокруг окон,  у  застрехи;  то  или  иное
  священное изображение (конь, оленья голова с рогами, богиня и птицы,
  солнце) увенчивало наивысшую точку дома щипец крыши. Сумма подобных
  оберегов, постоянно присутствующих на всех уязвимых участках  дома,
  и превращала каждую "хоромину" в недоступное для навий убежище всех
  членов семьи. Внутри дома (на  случай  проникновения  злыдней)  все
  обиходные предметы тоже были покрыты, как увидим ниже,  охраняющими
  знаками, облегчавшими одоление зла внутри убежища.
      Заклинательные действия  начинались  уже  при  постройке  дома,
  при выборе места под будущее жилье. По сведениям  этнографа  В.  В.
  Богданова, белорусы в середине XIX в. освящали выбранную для усадьбы
  площадку  таким  образом:  на  всем  предполагаемом  месте  усадьбы
  чертился на земле большой квадрат; его делили крестообразной фигурой
  на четыре части. Затем  глава  семьи  отправлялся  "во  все  четыре
  стороны"  и  приносил  из  четырех  полей  четыре  камня,   которые
  укладывались в центрах  малых  квадратов.  В  результате  на  месте
  будущей  усадьбы  появлялась  та  идеограмма  плодородия,   которая
  известна нам  начиная  со  времен  энеолита  и  вплоть  до  русских
  подвенечных вышивок начала XX в. 12
 ---------------------------------------
      12 Рыбаков Б. А. Язычество древних славян, с. 4252.

      Этнографы  зафиксировали   множество   магических   обрядов   и
  поверий,  связанных  с  постройкой  дома.  Для  строительства  избы
  выбирались в лесу особые деревья, не относящиеся к разряду "буйных"
  или "стоеросовых". Закладку  строения  следовало  начинать,  "когда
  наполняется месяц", т. е. после новолуния 13.
 ---------------------------------------
      13 Бломквист Е, Э. Крестьянские  постройки  русских,  украинцев
  и белорусов. В кн.: Восточнославянский этнографический сборник. М.,
  1956. Раздел: "Обряды при постройке дома", с. 131-134.  В  1983  г.
  вышла книга А. К. Байбурина  "Жилище  в  обрядах  и  представлениях
  восточных славян" (Л., 1983). Здесь кое-что добавлено по  сравнению
  с  работой  Е.  Э.  Вломквист,  но  автор  совершенно  не  коснулся
  орнаментики  дома,  хотя  она,  как  увидим  далее,  очень   широко
  раскрывает "представления восточных славян".

      Под  углы  первого  венца  бревен  клали  с  магической  целью:
  клочок шерсти, горсть зерна, ладан, воск. Археологические материалы
  свидетельствуют о том, что иногда под угол дома укладывали  конскую
  голову. Возможно, что с этим древним обычаем связана русская сказка
  о девочке-семилетке, сиротке, обращавшейся за советом  к  "кобыльей
  голове". Впрочем, этот сюжет мог возникнуть и под влиянием  веры  в
  волшебную силу "коника" (от слова  "кон"  --  "начало",  "основа"),
  священного печного столба, которому нередко по созвучию с названием
  лошади придавалась форма конской головы 14.
 ----------------------------------
      14 Рыбаков Б. А. Язычество древних славян, рис. на с. 35.

      Во все время сооружения бревенчатого сруба внутри  него  должно
  было находиться молодое деревцо с иконкой на нем. Когда  воздвигали
  стропила, то деревцо укрепляли на щипце кровли, на  месте  будущего
  конька.
      Особыми   обрядовыми   действиями   сопровождалось   укрепление
  матицы (сволока), на которую настилался потолок  ("стель"):  к  ней
  привязывали вывороченный мехом наружу полушубок  (отголосок  культа
  медведя?) и каравай хлеба, пирог или горшок с кашей. В это же время
  с верхнего венца сруба со всякими добрыми пожеланиями  разбрасывали
  хлебные зерна и хмель 15. На матице нередко вырезали "громовой знак"
  колесо Юпитера-Рода с шестью спицами 16.
 ----------------------------------
      15 Бломквист Е. Э. Крестьянские постройки..., с. 132.
      16 Рыбаков Б. А. Язычество древних славян, рис. на с. 455.

      После  завершения  постройки  устраивался  пир;  если  же  изба
  строилась  "толокой",  т.  е.  с  помощью  родичей  и  соседей,  то
  участников торжественно кормили после каждого этапа строительства.
      В новый дом "первым входил хозяин с квашней и иконой  в  руках,
  за ним -- хозяйка с курицей, дальше шла молодежь" 17. Вселение семьи
  в новопостроенную избу сопровождалось обрядом перенесения  огня  из
  старого жилья и переселения домового из старого подпечья  в  новое.
  Домового зазывали и приглашали: "Домовой, домовой! Пойдем со мной!"
  Или же хозяин, стоя в воротах и кланяясь на три стороны, возглашал:
  "Батюшка домовой и матушка  домовая,  батюшка  дворовой  и  матушка
  дворовая со всем семейством, пойдемте к нам на новое жилище с  нами
  жить!" Домового переносили в горшке  с  жаром  из  старой  печи  на