| |
птицу, мы должны в крайней правой позиции поместить пластину с
птицами, летящими влево, на лосей; тогда будет понятна поза лося,
отгоняющего грифа, -- его морда направлена против птиц. Птицы,
летящие вправо, должны находиться на крайней левой позиции, а рядом
с ними должна быть помещена (правее их) пластина с лосями,
повернувшими головы к этим птицам. Тогда композиционно все будет
очень законченно и стройно. Середину композиции занимают две
пластины с лосями, а на краях находятся две пластины с птицами,
летящими к лосям; головы всех лосей повернуты к тем птицам, которые
ближе к ним, летят на них, левые лоси смотрят на левых птиц, правые
лоси -- на правых птиц.
Смысл всей композиции определяется без труда: стая хищных
степных птиц, похожих на грифов с гипертрофированными огромными
клювами, нападает на стадо (семью) лосей в момент отела самок, когда
у хищников есть еще надежда унести предполагаемую добычу --
новорожденных маленьких лосят. Стадо лосей расположено именно так,
как оно должно располагаться в момент опасности: в середине стоит
лосиха с молодым лосенком (эта пара повторяет изображения на двух
нащечниках); около ее зада -- новорожденный (показан вниз головой,
почти in statu nascendi), которого загораживает от птиц молодой
лось-двухлеток (?) с небольшими рогами. На правой лосиной пластине
изображен еще один молодой лось (а не лосиха, как думала
Вязьмитина), прикрывающий мордой другого новорожденного, висящего
вниз головой. Как правило, лосиха телится двумя лосятами; оба они
здесь и показаны. На правом краю стада выгравирован лось-вожак,
единственный взрослый лось во всей группе. Он в прыжке отгоняет
одного из грифов, заставляя его лететь обратно в стаю.
Перед нами противостояние небольшого семейного стада лосей
налету крупных пернатых хищников. В составе стада представлены три
поколения: лось-сохатый с лосихой-матерью; прильнувшая к матери
молодая лосиха и два молодых лося, принимающих прямое участие в
спасении только что родившихся крохотных лосенят. Справа и слева от
обороняющейся семьи показаны длинные ряды летящих на добычу грифов
37.
----------------------------------
37 Если восстановить обломанные концы пластин с птицами, то
на них должно уместиться по пять грифов с каждой стороны.
Художник, гравировавший эту замечательную композицию, явно
находился на стороне лосей. Он тонко показал разумную
организованность стада; враждебных птиц он изобразил гротескно,
почти заменив фигуру птицы одним чудовищным клювом. Он выбрал
необычайно драматический момент -- час рождения беззащитных телят.
Кроме того, он показал результат оборонительных действий лосиной
семьи: вожак заставил отступить наиболее нахальную передовую птицу.
Анализируя символический смысл композиции, мы вправе думать,
что в исторических условиях VII -- VI вв. до п. э., когда скифы,
победив степных киммерийцев, вторглись в приднепровские степи и
стали непосредственными соседями праславян, подобный образ лосиной
семьи, подвергшейся нападению степных хищников, вполне отвечал
исторической ситуации и выражал идею защиты северной, "лосиной"
земли от степняков.
Выбор для символического показа противостояния именно лосей
и грифов точно отвечал географическому положению жаботинских
курганов: они находились на пограничной линии крепостей, отделявших
славянский земледельческий мир от южного, скифского. Кроме того, они
оказались па самом южном краю той ландшафтной зоны, в которой
водились лоси. Далее шла степь с ее безлесными просторами и
гнездовьями орлов и грифов. Символика была основана на реальной
возможности: именно здесь, в районе Жаботина, Матронина,
Пастырского, и могли степные птицы настигнуть забредшее сюда лосиное
стадо.
Отождествлению в символической композиции скифов со степными
птицами могла содействовать символика скифских паверпшй стягов.
Хищная птица с преувеличенно загнутым клювом широко представлена в
ранних навершиях из кубанских скифских курганов VII -- VI вв. до н.
э. 38 Под этими птичьими знаменами совершались первые наезды скифов
по возвращении их из далеких восточных странствий.
----------------------------------
38 Iллiнсъка В. А. Про скiфськi навершники. -- Археологiя.
Kиїв, 1963, т. XV, с. 34 -- 38.
Позднее, когда скифы уже заняли все степи и создали "страну
священных гробниц" близ днепровских порогов ("область Герр"),
ситуация была такова: от устья Пантикапы-Ворсклы 39 вверх по Днепру
на 10 -- 11 дней плавания жили праславянские племена пахарей,
воспринявшие многое из скифской культуры и достигшие к этому времени
довольно высокого уровня развития. От устьев Сулы и Ворсклы до
излучины Днепра, близ современного Днепропетровска, была своего рода
нейтральная степная полоса в 3 -- 4 дня конного пути.
|
|
