| |
сильно стилизованные, упрощенные, как бы угасающие. Это -- уходящий
в прошлое пласт прежних охотничьих представлений; он еще
поддерживался тем, что охота на оленей и культ оленей занимали
видное место в трипольском быту, ло его вытеснил более могучий новый
пласт земледельческих представлений: на бытовых сосудах (для зерна,
муки) во весь размах небесного пространства, от земли до "верхнего
неба" с запасами дождевой воды, трипольские художники рисовали два
огромных лика богинь мира, с глазами, изображенными как солнце. Это
-- трансформация древних охотничьих рожаниц, рождавших на небе
"оленьцов малых", в земледельческих рожаниц, помогавших рождению
урожая хлебов, вовлекавших в этот процесс небесные силы, запасы
небесной влаги.
Можно допустить, что в этой магической росписи намечается уже
переход к следующему, третьему пласту представлений -- к образу
единой Матери Мира. Дело в том, что лики рожаниц располагались на
сосудах всегда таким образом, что видим был только один лик; обеих
рожаниц одновременно нельзя было видеть. Возможно, что идея
исконного женского начала была выражена тогда идеограммами,
определенными символами; в окружении подобной идеограммы происходит
то, что я назвал "рождением Варуны" (см. четвертую главу).
Таковы космогонические и мифологические представления
первобытных земледельцев-индоевропейцев, занимавших срединное в
географическом смысле положение между предками славян и предками
греков в III тысячелетии до н. э. Всего лишь пять-шесть веков
отделяли их от греческих государств Крита и Пелопоннеса, оставивших
нам более надежные сведения о своих богах.
Крито-микенские надписи, не представляющие систематического
перечня богов, но связанные с приношениями в храмы, дают нам очень
многих персонажей позднейшего Олимпа, значительно удревняя тем самым
олимпийский комплекс. Храмовые надписи содержат имена следующих
богов:
Ма, Ма-Дивия Элевтия (может быть, иносказание
Гера Деметры?) 7
Лето (Латона) Зевс
Артемида Посейдон
Эриния (в ед. числе) Дионис
Гестия Гермес
----------------------------------
7 Лурье С. Я. Язык и культура микенской Греции. М.; Л., 1957,
с. 285 -- 3:14.
Отмечено отсутствие в надписях (или сомнения в атрибуции)
следующих божеств: Деметры, Реи, Афродиты, Ареса, Афины, Аполлона 8.
Этот список можно продлить за счет таких известных божеств, как
Уран, Кронос, Гея, Геката, Аид. Однако, несмотря на сходство
классического греческого пантеона с крито-микенским, мы явно ощущаем
и различие их: крито-микенский пантеон значительно матриархальнее;
количественно (по числу надписей, а не имен) преобладают женские
божества, а соответственно и женщины-жрицы. В надписях нет следов
патриархальной генеалогии Зевса и нет того материала, из которого
эта искусственная родословная была построена (Уран и Кронос). Зевс
еще не занял своего первенствующего места среди греческих богов:
"Нет никаких следов того, чтобы Зевс играл ведущую роль среди богов;
он, по-видимому, был только одним из локальных божеств" 9.
----------------------------------
8 Лурье С. Я. Язык и культура..., с. 290--295.
9 Лурье С. Я. Язык и культура..., с. 298.
Четыре мужских божества очень четко распределяются по своим
функциям: Зевс -- небо, гроза, дождь; Посейдон -- море; Гермес --
пастушество (и, может быть, уже тогда -- торговля?); Дионис --
земледелие, виноградарство. Во главе же крито-микенского пантеона
стояла Великая Мать, богиня Ма или Дивия. Гера, как полагает Лурье,
была богиней земли 10; Эриния, как Владычица Нижнего мира, --
богиня, предшествующая мужскому божеству Аиду; Гестия -- богиня
священного очага "; Артемида (Atimite) уже тогда могла быть богиней
охоты. С Артемидой-охотницей могли быть связаны священные стада
оленей и специальные загоны оленей при храме Артемиды, известные уже
в крито-микенское время 12. Странный выбор женского божества --
Артемиды -- в качестве покровительницы такого чисто мужского дела,
как охота (сохранившего эту функцию на все время), получит
объяснение в процессе дальнейшего рассмотрения.
----------------------------------
10 Лурье С. Я. Язык и культура..., с. 287.
11 Огонь Гестии ("puro Etimajo"), очевидно, не обычный огонь
любого домашнего очага, а какой-то общественный, может быть,
негасимый священный огонь города.
12 Лурье С. Я. Язык и культура..., с. 248. В указываемой
|
|
