| |
Существуют три наиболее оформившиеся группы в жизни нашей нации:
одна, как ее принято называть, ортодоксия, несущая знамя святости,
отстаивающая с упорством, непримиримостью и горечью учение Торы и заповеди,
веру и все святое, что есть в еврейском народе; вторая - новое национальное
движение, сражающееся за все то, к чему склонна национальная
устремленность, содержащая внутри себя многое из искренних требований
народа, жаждущего обновленной национальной жизни, столь долго скрываемой в
его глубине от жестокой руки галута, ищущей повода, чтобы напасть; третья
группа - либеральная, поднявшая в недавнем прошлом знамя "hаскалы"
(просвещения) и до сих пор занимающая сильную позицию в самых широких
кругах, она не довольствуется лишь узко-национальным определением, но
требует внутреннего содержания универсального, общечеловеческого, как в
просвещении, так и в культуре, морали и прочем. Понятно, что при нормальном
положении дел есть необходимость во всех этих трех силах вместе. И мы
всегда должны стремиться к тому, чтобы они властвовали над нами во всей их
полноте, осуществляя гармонию без ущерба и избытка, когда эти три силы -
святое, народ и человек - сольются вместе в любви бескорыстной и
действенной, и объединятся группы и группировки, когда каждая из них
обнаружит способность действовать вместе эффективнее, чем по отдельности, с
подобающей тому дружелюбностью, щедро признавая положительную роль своего
помощника.
* * *
Следует стремиться быть связанным со всем обществом Израиля во всей
его совокупности. Чем больше удастся еврею сделать нравственно чистыми свои
мысли и поступки, тем в большей мере он будет способен соединиться с самыми
высокими и самыми низкими из ступеней общества Израилева. Ибо сила этой
связи соответствует мере снисхождения. При отсутствии связи с самой низкой
ступенью будет отсутствовать также связь с самой высокой. Ибо целостность и
совершенство достигаются только объединением со всем обществом во всех его
воплощениях и проявлениях.
* * *
Суть главного спора в наше время, когда увеличилось число сторонников
распущенности и отказа от заповедей Торы, заключается в следующем: следует
ли людям благочестивым, несущим знамя Господа, отделиться от них, чтобы у
них не было соприкосновения с теми, кто сбросил с себя бремя заповедей; или
же нам следует отдать предпочтение силе всеобщего единения. Разногласия
возникли из-за общего упадка и потому, что еще не завершена работа по
очищению основ характера народа, внешней стороны его души. Но процесс
очищения продолжается.
Спорящие стороны подобны двум женщинам, пришедшим судиться к царю
Соломону относительно того, кому принадлежит живой ребенок. Слова царя
Соломона "подайте мне меч" - это испытание, ведущее начало от Божественной
мудрости, которой наделен царь Израиля. Женщина клевещущая требует:
"Рубите!" В озлоблении своем выявляет она ненависть, переполняющую ее
сердце, ее беспокоит одно: "Пусть же не будет ни мне, ни тебе, рубите". А
милосердная мать, мать истинная говорит: "Дайте ей ребенка этого, живого, и
не умерщвляйте его". И божественная истина возглашает: "Отдайте ей живое
дитя; она его мать".
* * *
...Но если Вы, подобно многим, полагаете, что следует оставить на
произвол судьбы тех сыновей, которых бурное время увело в сторону от Торы и
веры, я заявляю открыто, что такое решение не является путем, угодным
Господу... "Соблазняющей рабыне" временного потока дана определенная власть
перед тем, как она исчезнет, развеется, словно дым; она старается с помощью
колдовства совратить и увлечь за собой наших молодых сыновей, и они
подвергаются такому психологическому давлению, которое есть насилие в
полном смысле этого слова, и не дай нам Бог судить за совершенное по
принуждению, как за совершенное по доброй воле. Отсюда надежда на будущее.
Душа святости Израиля таится в их сердцах в виде присущих им добрых
свойств. Ведь зло [отрицание Торы] сумело овладеть их сердцами,
воспользовавшись их внутренним тяготением к добру и милосердию. Когда им
указывали на то (согласно их пониманию) беззаконие и несправедливость,
которые властвуют в государственных системах (т.е. в области политической и
социальной), то они становились борцами за общественные интересы. Но даже
|
|
