арабы устроили погром в Хевроне и уничтожили еврейскую общину города, то
было бы естественно сразу после Шестидневной войны отстроить еврейский
квартал и отдать евреям пещеру Махпела (или хотя бы разделить ее поровну
между евреями и арабами, так как она является святыней для обоих народов).
Но правительство Израиля ничего подобного не сделало. Наоборот, считая, что
"все это религия, все это несовременно и никому не нужно", оно отдало
пещеру Махпела арабам. Потребовались гигантские усилия со стороны евреев,
самоотверженность поселенцев Кирьят-Арбы и Хеврона, чтобы получить хотя бы
ограниченное право молиться в этой пещере; муниципальная же власть в ней до
сих пор принадлежит арабам.

      Убеждение, что "нам совершенно не нужны территории", было
распространено в 1967 году в Израиле настолько сильно, что после
Шестидневной войны правительство даже не задавалось вопросом "как освоить
отвоеванные территории", но лишь вопросом "как их лучше отдать: просто так,
в качестве жеста доброй воли для улучшения взаимопонимания, или же как
плату за мирный договор?" В ответ на проявленное нами нежелание сделать всю
страну своей и возникла палестинская проблема.

      Ведь эта проблема, заключается в сущности, совсем не в том, признают
ли арабы наше право на территории или нет (мало ли есть других стран,
которые до сих пор не подписали между собой мирный договор и довольствуются
лишь перемирием; миллионы людей переселяются из-за войн в другие страны - и
весь мир считает это хоть и нежелательным, но нормальным явлением!). С
точки зрения мирового сообщества - и здесь источник давления на Израиль, -
проблема в том, что Израиль вынужден продолжать подавление палестинских
беспорядков, он вынужден держать под своим контролем миллион арабов, не
предоставляя им права гражданства, и т.д. Иными словами, конфликт
акцентирован именно на палестинской проблеме, а не на беженцах в арабских
странах или общих израильско-арабских взаимоотношениях.

      Иногда споры между правыми и левыми о путях решения конфликта кажутся
сугубо академическими. На самом же деле это очень практические споры. От
той позиции, которую будет занимать большинство еврейского народа, зависит
поведение каждого еврея в критический момент, когда будет решаться наша
судьба. И также поведение арабов определится тем, на что мы в этот
критический момент будем готовы. Заселение территорий, за которое борются
правые партии, важно прежде тем, что это воспитывает наш народ в сознании
"эта страна наша". (Ведь с точки зрения формальной наши права на Ашдод,
Акко или Беер-Шеву не больше, чем на Шхем или Хеврон.) И у арабов политика
реального еврейского заселения территорий создает ощущение, что евреи не
могут здесь отступить; она создает то сильнейшее духовное давление, которое
может заставить их отказаться от продолжения войны - войны, которую они
ведут не ради работы, жилья или сохранения своей культуры (все это Израиль
и так предоставляет арабам), а чтобы "уничтожить сионистское
новообразование со священной арабской земли".

      Таким образом, проблемы, которые у нас есть с арабами, это в первую
очередь проблемы национальной психологии, и только во вторую - военные
проблемы. Можно выиграть на поле боя и потом проиграть в
дипломатическо-психологическом противостоянии, как это не раз происходило
на Ближнем Востоке. Конечно, без армии нельзя достичь победы, но главное -
это психологическая победа. На это указывает Тора (Бытие, 32:25) в истории
о праотце нашем Яакове, получившем имя "Израиль", когда он боролся с
ангелом Эсава. Тора рассказывает, что перед этим Яаков боялся продолжить
свой путь в Страну Израиля из страха, что Эсав убьет его; но когда Яаков
победил ангела, т.е. победил Эсава в своей душе, то реальный Эсав
неожиданно чудесно изменился, примирился с Яаковом, и "пошел Яаков своим
путем".

      Сегодня самыми опасными являются причитания, что нам якобы "все равно
придется отдать территории". Именно здесь проходит линия настоящей борьбы,
ибо эти причитания воздействуют на наиболее уязвимую точку нашего народа -
его духовную борьбу с "ангелом Ишмаэля" (родоначальника арабов). Чтобы
противостоять этому, мы должны учиться более глубоко понимать ситуацию.
Когда говорят: "В Хевроне всего двести евреев, а арабов шестьдесят тысяч,
давайте же отдадим этот город им", нам следует вспомнить, что и в Хайфе
когда-то тоже было двести евреев и шестьдесят тысяч арабов (и первым
евреям, которые в середине прошлого века селились там, тоже говорили:
"Зачем же вы идете жить в это арабское место! Поселитесь лучше в Иерусалиме
или Цфате!"), и тем не менее Хайфа сегодня наша. В конце концов, к
еврейскому государству отойдет именно та земля, которую мы сможем заселить
и освоить, и относительно которой мы будем уверены, что она принадлежит нам.



----------------------------------------------------------------------------
К продолжению