награду, которую он получит за выполнение этой заповеди. Гаон выполнил с
радостью это требование и "отписал" ей свою награду. В тот Суккот, гласит
легенда, он был весьма радостен и говорил своим ученикам: "Всю жизнь я
мечтал исполнить завет Антигноса из Сохо: "Будьте как слуги, работающие на
хозяина не из расчета получить награду" (Авот 1:31). Теперь же, когда у
меня есть такая возможность, как мне не радоваться?"
Отношение иудаизма к смерти и к мертвым отрицательное. Труп оскверняет,
могила оскверняет; человек, осквернившийся контактом с мертвым, нечист 7
дней, и ему запрещено есть мясо жертвоприношений и входить в Храм. Многие
религии смотрят на смерть как на явление позитивного плана, источник и
опору "чувства веры" и религиозного сознания и, посему, освящают смерть,
мертвых, могилы, как порог трансцендентного и врата мира грядущего. Иудаизм
же, напротив, объявляет все, связанное со смертью, нечистым, неприязненно
относится к смерти, уничтожению и распаду. Он выбирает жизнь и освящает ее.
Смерть есть символ овеществившейся нечистоты; тот, кто свят для Господа,
должен удаляться от нее.
"Сказал р. Иеhошуа бен Леви: "Когда Моше поднялся на Небеса, сказали
ангелы-служители Богу: Владыка Мира! Что делает здесь рожденный женщиной?
Сказал Бог Моше: Ответь им. Ответил Моше: Владыка Мира! Что написано в
Торе, которую Ты даешь мне? "Я Господь Бог твой. Который вывел тебя из
Египта". Сказал Моше ангелам: Спускались ли вы в Египет, были ли там
рабами? Далее написано в Торе: "Помни день субботний, чтобы святить его". -
Делаете ли вы работу, которую надо прервать в Шабат? Написано еще: почитай
отца и мать твоих! Есть ли у вас отец и мать? И еще написано: не убивай, не
прелюбодействуй, не кради. Знаете ли вы, что такое зависть, искушает ли вас
дурное побуждение? Тут же признали ангелы правоту Моше" (Шабат 88в-89а).
Бог не дал Закон Свой ангелам служения, созданиям трансцендентного мира. Он
дал Тору Моше, который принес ее на землю, дал ей обитание среди людей,
"живущих во мраке и смертной тени" (Псалмы 107:10). Земля, телесная жизнь -
вот основа галахического бытия. Только на вещественном, ощутимом фундаменте
жизни в этом мире может осуществиться Тора. Ангелы, которые не едят и не
пьют, не ссорятся друг с другом и не завидуют, не подходят для получения
Торы.
"Опасность для жизни отменяет все законы Торы: "Будет жив ими" (Левит
18:5), а не будет умирать из-за них. Нарушь для него один Шабат, чтобы он
соблюдал Шабат еще много раз" (Иома 856). Этот закон - пароль иудаизма.
"Раввин, который допускает, чтобы с ним советовались (как поступить в
случае опасности для жизни), покрывается позором, а вопрошавший (вместо
того, чтобы немедленно действовать) приравнивается к проливающему кровь"
(Тур, Орах Хаим, 328).
Законы Торы не вступают в противоречие с законами жизни и реальности;
потому, что если бы они противостояли этому миру и отрицали бы ценность
реального бытия, с его биологическими и психологическими аспектами, тогда
бы Тора не была Учением милосердия, милости и мира, а только книгой гнева и
ярости. В случае одного только подозрения, что может быть опасность для
жизни, следует идти по линии облегчения запретов; так следует поступать
даже в случае, если возможность спасения ничтожно мала.
"Ибо не преисподняя славит Тебя, не смерть восхваляет Тебя, не уповают
сошедшие в могилу на истину Твою. Живущий, живущий, он прославит Тебя, как
я ныне, отец детям возвестит истину Твою" (Исайя 38:11-20), - сказал царь
Хизкия, когда выздоровел: "Не умру, но жив буду и расскажу о деяниях
Господних" (Псалмы 118:17). Эхо этих гимнов продолжает звучать в мире
Галахи.
Идеал человека Галахи - спасение этого мира через его адаптацию к
идеальности Галахи. Если человек из общины Израиля живет по Галахе (а жизнь
по Галахе - это прежде всего постижение самой Галахи, а затем сравнение ее
с реальным миром и исполнение), тогда он удостоится избавления. Низший мир
возвысится с помощью Галахи до уровня мира высшего, мира эманации.
Если еврей знает, например, законы Шабата, законы святости этого дня со
всеми подробностями, если он глубоко понимает их и проникает умом в
основные принципы того закона Торы, который обретает ясность и полноту
жизни в трактате "Шабат", тогда он видит в заходе солнца в канун Субботы не
только природное космическое явление, но и возвышенное, священное,
повергающее в трепет видение, выше которого нет, - вечную святость дня,
отраженную в закате солнца.
Помню, как однажды в Иом Кипур я вышел вместе с моим отцом р. Моше
Соловейчиком во двор синагоги перед заключительной молитвой "Неила". Был
прозрачный ясный день, мягкий и нежный, несмотря на осень, полный солнца и
света. День клонился к вечеру, и осеннее солнце стремилось к краю небосвода
за кладбищенскими деревнями, в море пурпура и золота. Р. Моше, истинный
человек Галахи, повернулся ко мне и сказал: "Этот закат отличается от
других закатов, потому что с ним приходит на Израиль искупление". Окончание
дня искупает (см. Шавуот 136).
День Искупления, прощение проступков, искупление грехов слились воедино с
великолепием и блеском мира, с загадочной закономерностью мироздания. Все
это вместе превратилось в одно живое, святое космическое явление.
Праведники, находясь в мире грядущем, в котором нет ни еды, ни питья, сидят
с венцами на головах, наслаждаются сиянием Шехины (трактат Берахот 17а;
Маймонид, законы Тшувы 8:2). Они изучают при этом Тору, законы нашего
низшего, телесного мира.