пока Адам обратится к Нему с молитвой? Мидраш объясняет, что Бог хотел,
чтобы Адам мог продвинуться в своем познании мира; чтобы в процессе молитвы
Адам осознал свою связь с Богом. Чтобы человек понял, что хотя он и должен
предпринимать усилия, стараться работать и не бездельничать, но что не
"силой своей руки" он получает то, что ему необходимо, но что только
Всевышний может дать ему это.

   То есть смысл молитвы состоит в интеллектуальных усилиях человека, в
награду за которые Бог исполняет просьбы, содержащиеся в его молитве.


5. 11. "Экологическая идея" в Торе
   Итак, "и поместил Господь Бог Адама в Саду Эденском, чтобы Адам
обрабатывал Сад и охранял его" (Бытие 2:15).

   И после того, как мы разобрали, в чем именно состояла работа Адама в
Саду Эденском, перейдем теперь к его второй задаче - охране Сада. От кого
Адам должен был Сад охранять? От животных? От Змея? От стихийных бедствий?
От кого должен был Адам защищать Сад в том идеальном мире, который был
создан Всевышним и где, казалось бы, Саду никакая опасность не угрожает?

   Вопрос этот поначалу может удивить нас, но, задумавшись, мы быстро
поймем, что ответ на него очевиден. Действительно, кто реально был способен
разрушить Сад и кто, в конце концов, сделал это? Очевидно, это был сам
Адам. Иными словами, человек должен был охранять Сад (а ведь Сад - это весь
мир) прежде всего от себя самого. Именно Адам, как это следует из рассказа
Торы, является главным источником опасности для мироздания; он - главный
потенциальный разрушитель; и одна из важнейших заповедей, данных нам Богом
- это необходимость охранять мир от разрушительного влияния человека.

   Идея того, что человек должен очень внимательно следить за тем, чтобы не
разрушить окружающий мир, - ибо именно человек, срывая плод запрещенного
дерева, разрушает мир (на языке Книги Бытия - "ведет к изгнанию из Сада"),
- является "экологической идеей" Торы. Важность экологии и защиты
окружающей среды являются, таким образом, важнейшим религиозным принципом.

   Однако, как и любая другая положительная ценность, экологическая идея
должна быть уравновешена иной, как бы "противоположной" идеей, она должна
быть включена в общую равновесную структуру ценностей, она не должна быть
абсолютизирована. Бог заповедует человеку не только "охранять Сад", но и
"обрабатывать его". Он заповедал нам "властвовать над землею и
преобразовывать ее" (Бытие 1:28). Талмуд рассказывает историю о том, как
однажды спросил у рабби Акивы эллинистический философ: "Чьи дела лучше -
дела Бога (т. е. созданное природой) или дела человека?" Ответил ему рабби
Акива: "Что ты предпочитаешь есть на обед: испеченный хлеб или сырые зерна
пшеницы?"

   Иными словами, иудаизм поддерживает умеренную экологическую идею:
положительно оценивающую сам факт технологической власти человека над
миром, но настаивающую при этом на защите и сохранении окружающей среды.
Если же правильная "искра" экологической идеи абсолютизируется, то
результатом является ее крайний экстремистский экологизм, превозносящий
естественность и нетронутую природу и жаждущий по возможности устранить все
"искусственное" вмешательство человека в мир. Движение "зеленых"
(защитников окружающей среды) замечательно, когда оно является интегральной
частью многоцветного спектра. Но когда этот цвет подавляет все остальные,
то тогда он становится ядовито-зеленым. В социальном же плане параллелью
"абсолютизации природы и естественности" является идеализация "человека от
сохи", "кухарки, управляющей государством" и прочие анти-интеллектуальные
концепции, глубоко враждебные иудаизму.

   При этом, отрицая экстремистский экологизм, нам следует еще раз
подчеркнуть, что умеренный экологизм очень важен и позитивен. Экологии
уделено большое место не только в Торе, но и в Талмуде и в последующих
законодательных кодексах иудаизма. Есть особые законы, запрещающие без
крайней нужды вырубать деревья, охотиться на животных ради развлечения или
другим образом разрушать природу. В Талмуде большое место уделено также,
например, законам защиты человека от вредного воздействия отходов
промышленных предприятий - законам, по своей строгости иногда даже
превосходящим современное законодательство. Иными словами, в иудаизме
существует хорошо разработанная база для того, чтобы раввины могли бы
возглавить движение в защиту окружающей среды.

   Могли бы, но отнюдь не возглавляют. Это приходится констатировать с
большим сожалением. Ведь если бы они взялись за это, то тогда и окружающую
среду защищали бы гораздо лучше (высокую эффективность религиозной
поддержки вполне "мирских" ценностей мы можем увидеть на множестве примеров
как еврейской, так и общечеловеческой истории). Да и религия, осуществляя
на практике эту важнейшую Божественную заповедь, сумела бы полнее
реализоваться (и ,кстати, поднять свой авторитет в обществе).