активно участвовать сам, является очень важной в иудаизме. (Мы уже немного
говорили о нем выше, обсуждая слова Торы "Сделаем Человека" - стих 1:26).
И, в сущности, об этом же говорит нам заповедь обрезания: человек не
рождается идеальным, ему требуется дальнейшая обработка; и тело здесь -
только символ души.


5. 6. Дерево Познания и Дерево Жизни
   Описывая внутреннее устройство Сада Эденского, Тора сообщает (Бытие
2:9): "И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево приятное на вид и
годное в пищу, и Дерево Жизни посреди сада, и Дерево Познания Добра и Зла".
Весьма важно отметить, что и Дерево Жизни, и Дерево Познания перечислены в
одном ряду со всеми другими деревьями Сада. И поскольку очевидно, что
Дерево Жизни входит в число "приятных на вид и годных в пищу", то,
следовательно, в их число входит также и Дерево Познания Добра и Зла. (Стих
3:6 говорит об этом непосредственно; см. также Мидраш, приведенный в гл.
7.4).

   А раз Дерево Познания Добра и Зла тоже "приятное на вид и годное в
пищу", то проблема Адама была совсем не в том (как мы могли бы подумать)
что он съел нечто, ему в принципе не предназначенное. Проблема была совсем
иная: грех Адама в том, что он познал Добро и Зло раньше, чем это было ему
разрешено. Итак, никоим образом не следует считать, что жажда познания, и в
особенности Познания Добра и Зла, является в принципе греховной. Напротив,
само по себе это Познание есть реализация Божественного плана; проблема
лишь в том, что всякому познанию свое время.

   (Более подробно мы обсудим историю съедения плода Дерева Познания Добра
и Зла ниже, в гл. 7.)

   Важно отметить, что деревья Познания и Жизни не случайно являются
центром Сада. Они соответствуют двум важнейшим страстям, двум страхам, двум
важнейшим центрам притяжения для метафизического Адама : страсти
непрагматичного познания и страсти личного бессмертия. И эти две страсти
отличают "метафизического" человека Второго рассказа от "природного" Адама
Первого рассказа.

   Природный человек, как мы уже говорили об этом ранее, рассматривает
себя, свою человеческую сущность прежде всего как интегральную часть рода
человеческого. Вечность человеческого рода - это и есть его собственная
вечность; у него, по сути, нет проблемы индивидуального бессмертия.
Конечно, так же как всякое иное живое существо (т. е. на уровне животного),
человек "природный" тоже боится смерти. Но это нежелание смерти находится в
нем на уровне "животной души", а в качестве Человека его волнует не личное
бессмертие, а продолжение себя и своего дела в потомках и последователях.
Поэтому Дерево Жизни (дающее индивидуальное бессмертие) не является важной
страстью для природного человека, - и, соответственно, в Первом рассказе о
Сотворении о Дереве Жизни ничего не сказано.

   У природного человека также нет страсти к Познанию Добра и Зла. Будучи
царем, он озабочен тем, насколько правильно управляет он своим царством. А
потому ему хочется знать только то, что требуется для правильного
управления миром, в познании он до предела прагматичен. А ведь познание
Добра и Зла (как мы подробнее обсудим это ниже) - это на самом деле не
прагматичное, не напрямую "применимое к практике" знание.

   В отличие от первого Адама, для метафизического человека Познание важно
само по себе, безотносительно к "применению" - ибо оно есть расширение его
внутреннего мира, что самоценно для него. Его не останавливает
непрагматичность, напротив: он заинтересован исключительно в своей душе, в
своем внутреннем мире, а вовсе не в применении этого внутреннего мира к
исправлению мира внешнего. Его волнуют "вечные вопросы", не обязательно
нужные ему в практической жизни, его волнует Познание само по себе, и
особенно - познание Добра и Зла.

   Метафизического Адама волнует также личное бессмертие - ведь настоящий
мир, целый космос, есть мир внутри него, и с его смертью этот мир умирает.
Иными словами, личная смерть для него - это не обрыв всего лишь одной из
миллиона "ниток ковра", но это крушение и конец всего мироздания. И поэтому
деревья Познания и Жизни являются для него центром Сада, т. е. центром
притяжения всего его существа.

   Итак, мы можем дополнить нашу таблицу, систематизирующую различия между
природным и метафизическим Адамом, еще тремя строчками.




  "Природный Адам", человек Первого рассказа о Сотворении:
"Метафизический Адам", человек Второго рассказа о Сотворении: