было обогащение арабо-исламской традиции за счет 
многочисленных инокультурных воздействий на нее – в Египте, Месопотамии, Индии, 
Иране, Средней Азии, Африке, Испании и т.д.

Все эти влияния придали развивавшейся быстрыми темпами арабо-исламской культуре 
весьма мощные потенции для дальнейшего развития. Они создали основу для того, 
чтобы средневековая арабо-мусульманская культура стала на некоторое время во 
главе мировой цивилизации. Этому способствовало и еще одно немаловажное 
обстоятельство. В средние века, начиная с VIII в., европейская культура 
вступила в полосу заметного упадка, довольно резко разделившего ее на древнюю, 
античную, и более позднюю, ренессансную. И хотя и в это время 
христианизированная европейская культура как в католической Западной Европе, 
так и в православной Византии продолжала существовать и развиваться, блестящий 
расцвет арабо-исламской цивилизации затмевал ее.

Успехи и достижения арабской культуры воздействовали на многие страны, в числе 
которых были и культурные центры средневековой Европы. Это проявилось, в 
частности, в математике (арабскими называются заимствованные арабами из Индии 
цифры, которыми мы ныне пользуемся), в химии, в философии. Через мусульманскую 
Испанию (Кордовский халифат), бывшую в VIII-XII вв. видным центром развития 
арабо-исламской культуры, европейские университеты знакомились с работами таких 
крупнейших мыслителей, как Авиценна, Аверроэс, аль-Газали. Например, 
комментарии Аверроэса в связи с проблемой толкования наследия Аристотеля 
(Стагирита) вызывали живейшие споры среди видных философов и богословов Европы 
– таких, как Альберт Великий, Сигерт Брабантский, Фома Аквинский.

Позже, в связи с распадом Кордовского халифата в Испании и общим упадком 
арабской государственности и цивилизации, уровень развития арабской культуры, 
ее влияние на другие народы стали падать. Однако то, что вошло в ислам, 
превратилось со временем в фактически неотъемлемый его элемент, став 
обязательным религиозно-культурным компонентом во всех, даже самых отдаленных 
районах, куда проникал ислам, где читали и изучали написанный на арабском языке 
Коран, где имели хождение хадисы Сунны. И именно в этом смысле следует говорить 
об огромном влиянии арабо-исламской культуры (богословие, фикх, этика, обычаи, 
нормы семейной жизни и т.п.) на все те страны и народы, где распространен ислам.




Мир 
ислама

Ислам настолько трансформировал социально-культурную структуру этих стран, что 
при всей их отдаленности от арабов и специфичности их традиционной культуры они 
восприняли огромное количество элементов арабской культуры. Более того, даже 
свою специфическую форму ислама некоторые из них, как шиитский Иран, опять-таки 
восприняли у арабов. К этому необходимо добавить, что Коран долгие века 
существовал только на арабском – перевод его на другие языки воспрещался. 
Поэтому арабский язык, как латынь в католической Европе, был широко 
распространен во всем исламском мире. На этом языке обращались к Аллаху, на нем 
читались проповеди в мечетях, ему учили учеников в медресе. Любой грамотный и 
образованный человек в государствах ислама обязательно знал арабский, говорил и 
писал по-арабски.

Таким образом, арабский язык, арабская культура и государственность сыграли 
существенную роль в формировании того общего, что связывало между собой все 
страны ислама. Иными словами, арабо-исламские традиции цементировали ту 
общность, которая нередко характеризуется как мир ислама. Термин этот, в 
принципе вполне правомочный, адекватно отражает реальную обстановку. Как-никак, 
а ведь именно ислам со всей его культурной традицией на протяжении многих веков 
был фактическим рубежом, разделявшим Европу и Азию, Европу и Африку не только 
территориально-географически, но также и в религиозно-культурном плане.




Основы религиозно-культурных традиций 
ислама

Спецификой ислама было слияние духовного и светского начал, политической 
администрации и религиозной власти. Ни в Халифате, ни в каком-либо другом 
исламском государстве не существовало организованной церкви, которая к тому же 
противостояла бы государству. Это не значит, что интересы клерикального 
мусульманского духовенства, особенно наиболее реакционных из мулл или шейхов, 
никогда не входили в противоречие с политикой административного руководства 
страны – такое случалось и нередко случается и в наши дни. Но церкви, подобной 
католической или православной, сплоченной и организованной, отстаивающей 
религиозно-церковные интересы и интересы обслуживающе