ка. 

Ее спасением было место смерти — кладбище Рок Крик в Вашингтоне, где она часами 
проводила время, созерцая бронзовую фигуру миссис Генри Адаме, совершившей 
самоубийство. Здесь миссис Рузвельт оплакивала свое умирающее внутреннее “я”. 
Она завидовала миру и спокойствию, которое исходило от бронзовой фигуры статуи. 


Элеонора с головой ушла в работу. Позже она писала, что это лучший способ 
выплыть из глубин отчаяния. 

Хотя столкновение с серединой жизни прошло для нее очень мучительно, она не 
умерла в период разложения своей личности на составные части и не дала выхода 
чувствам при разводе. Пройдя четыре десятилетия в брачном союзе и восемь 
наиболее значительных десятилетий нашей политической истории, она оставила 
незабываемый след. Процесс обновления, по всей вероятности, сопровождался у нее 
совершенствованием внутреннего “я”. Но это далось ей не сразу. Элеоноре 
пришлось несколько лет проявлять силу воли, выдержку и терпение, а также 
жесткую самодисциплину. Посвятив себя работе, она смогла решить наиболее 
трудную задачу середины жизни. 

В возрасте пятидесяти семи лет Элеонора Рузвельт написала: “По мере развития мы 
обнаруживаем, что реально существуем, а затем принимаем реальное решение, за 
которое мы ответственны. Принимайте это решение в первую очередь для себя, так 
как вы никогда не сможете прожить жизнь другого, даже своего собственного 
ребенка. Влияние на других людей вы можете оказать только через свою жизнь”. 

Перекресток для женщин 

Дня каждого из нас вступление в середину жизни — момент драматичный. Женщины 
переходят этот перекресток раньше мужчин. В тридцать пять лет они начинают 
испытывать толчки, побуждающие их к реализации “последней возможности”. Что 
женщина понимает под “последней возможностью”, зависит от того, какой модели 
поведения она до сих пор придерживалась. Проблемы, которые она до сих пор 
отодвигала в сторону, в тридцать пять лет настойчиво требуют решения и 
принуждают ее проанализировать свою роль и выбор в дальнейшей жизни. Она 
начинает осознавать, что некоторые из них с возрастом и менопаузой в ближайшем 
прогнозируемом будущем закроются. 

“От чего я должна отказаться, выбрав этот брачный союз?” или “Лишит ли эта 
карьера меня личного счастья?” 

“Почему я должна иметь столько детей?” или “Есть ли еще время для того, чтобы 
иметь ребенка?” 

“Почему я не закончила образование?” или “Что даст мне степень, если я столько 
лет не работала?” 

“Может, мне пойти работать?” или “Почему никто не сказал мне, что я должна 
вернуться на работу?” 

“Разве я привыкла, потому что боялась вырваться?” или “Разве только муж 
удерживает меня?” 

“Я до сих пор одна. Может быть, я просто не сексуальна?” или “Я отказалась от 
любви из-за страха, что это положит конец моей карьере?” 

“Неужели я действительно не заинтересована в повторном замужестве?” или “Может 
быть, я просто боюсь снова рискнуть?” 

Вот некоторые факты, иллюстрирующие жизнь средней тридцатипятилетней женщины. 

Тридцать пять лет — это возраст, когда средняя мать отсылает в школу младшего 
ребенка. 

С тридцати пяти лет начинается опасный возраст супружеской неверности. 
Статистика Кинси показала, что жена, по всей вероятности, становится неверной 
(если это происходит) к тридцати восьми годам. Желание познать что-то новое на 
стороне совпадает у женщины с пиком ее сексуальности, который обычно приходится 
на этот возраст. Как и мужчины, женщины не против пофлиртовать, пофантазировать 
и часто вступают в случайные половые связи в середине жизни, надеясь излечиться 
от страхов, скуки, и внезапного чувства, что тело теряет привлекательность. Об 
этом говорилось в некоторых недавно вышедших книгах и исследованиях. А интервью,
 собранные в этой книге, лишь подтвердили это. 

Это необязательно должны быть новая любовь или новый муж. Нет, это просто “моя 
последняя возможность весело провести время, пока я еще привлекательна”. То, 
что многие женщины завуалированно признаются в измене, но не скажут об этом 
мужу открыто, ярко видно на примере одной из жен, которая живет в пригороде 
Уэстчестер. Прожив двадцать лет в законном браке и будучи верной мужу, она 
вырастила четверых детей. Однажды она сказала шокированному мужу, что хотела бы 
взять отпуск и провести его одна: “Послушай, ты, пижон, ты пропадал годами, а я 
была дома. Теперь я хотела бы обогатить свой сексуальный опыт. У меня такое 
чувство, что ты предлагал мне не совсем то”. 

Большинство женщин, с которыми я разговаривала, как и большинство мужчин, 
охваченных паникой в середине жизни, не хотят отказываться от удобного брачного 
союза и остаться в одиночестве. Они просто хотят спастись от телесного увядания 
и угрозы смерти через волшебство опыта самолюбования. Они хотят ув