под паровоз полотно до-
роги. Теперь никакая сила на свете не  могла  остановить  этого  стреми-
тельного разгона.
   Дробно стучали на стыках колеса тяжелых платформ. Угрюмо чернели ста-
рательно укрытые брезентом громады танков.
   "Спокойней, спокойней! - уговаривал себя Кольцов.  -  Нужно  им  дать
сблизиться предельно, чтоб наверняка! Слишком большая  ставка!..  А  эти
паровозники - хорошие парни! Поняли, что от них требуется".
   Стрелка манометра плясала у красной черты, когда  Кольцов  решительно
приказал:
   - Прыгайте!
   Сначала кочегар, следом за ним и  машинист,  ни  секунды  не  мешкая,
спустились по лесенке и выпрыгнули из паровоза.
   Из темного предгрозового неба неслись звезды, как будто навстречу ли-
терному устремились тысячи поездов с зажженными  огнями.  В  напряженном
душном воздухе чувствовалось приближение грозы.
   Кольцов чуть-чуть помедлил, глаза вдруг  на  мгновение  от  пережитой
напряженности застлало темнотой, и все же, собрав все силы,  он  положил
руку на реверс, чтобы еще сильней, до предела отжать его вниз.
   Паровоз заметно убыстрял свой ход. Его все сильнее бросало из стороны
в сторону.
   Кажется, все сделано как надо. Кольцов взялся за поручни и  вышел  из
паровоза. Он увидел вдали приближающуюся световую точку - встречный сос-
тав. На последней ступеньке задержался. Здесь особенно чувствовалась бе-
шеная скорость. Ураганный ветер пытался оторвать  Кольцова  от  железных
поручней. Он что есть силы оттолкнулся и полетел в темноту... " Что было
потом, он помнил смутно. Его обо что-то ударило, протащило, снова удари-
ло... Что он жив, он понял по затухающему  вдали  торопливому  перестуку
колес.
   А затем раскололось  небо,  взметнулся  ослепительно  яркий  огненный
смерч. От страшного взрыва содрогнулась земля...
 
 
   ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ
 
   12 сентября Деникин отдал новую директиву войскам о переходе в  общее
наступление по всему фронту - от Волги до румынской границы. Но это было
сказано больше для красного словца - наступать  по  всему  фронту  белые
войска уже не могли. Наиболее боеспособной и сильной  была  лишь  Добро-
вольческая армия, на нее в первую очередь и возлагал свои надежды  Дени-
кин.
   Донская же армия была серьезно деморализована постоянными  поражения-
ми. Многие донцы разуверились во всем и не желали воевать  за  пределами
своего края. Дон лихорадило, начались восстания,  раздавались  голоса  о
примирении с большевиками. Усилились колебания среди кубанского и  терс-
кого казачества; значит, на Кавказскую армию рассчитывать тоже не прихо-
дилось.
   Поэтому Донской и Кавказской армиям отводилась, по  новой  директиве,
второстепенная роль. Им надлежало лишь  сковывать  действия  красных  на
фланговых направлениях. Деникин надеялся, что успехи Добровольческой ар-
мии в дальнейшем подстегнут и "донцов" и "кавказцев".
   Был и еще один серьезный расчет у Деникина. Антанта усиленно вооружа-
ла армии Юденича и Колчака, и они готовились с новыми  силами  выступить
против Советской республики. В этих условиях Деникин считал  нецелесооб-
разным выпустить на военную арену все свои войска: можно  было  потерять
их и тогда бы оставалось только одно-с завистью взирать на успехи  своих
соперников.
   Военные события на центральном участке фронта - от Курска до Воронежа
- развивались с исключительной быстротой. 20 сентября соединения  Добро-
вольческой армии,  нанеся  поражение  частям  Красной  Армии,  захватили
Курск. Развивая успех, корпус Кутепова, конные корпуса Шкуро и Юзефовича
энергично продвигались на брянском, орловском  и  елецком  направлениях.
Никогда еще противник не был так близко к самым жизненно важным центрам.
   С 21 по 26 сентября состоялся Пленум  Центрального  Комитета  партии,
которым руководил Ленин. ЦК предложил провести новые мобилизации  комму-
нистов и представителей рабочего класса и направить их на укрепление Юж-
ного фронта. Кроме того, было решено перебросить на Южный фронт с Запад-
ного кавалерийскую бригаду червонных казаков и Латышскую стрелковую  ди-
визию. Лучшие воинские части перебрасывались с Северного фронта и с пет-
роградского участка Западного фронта.
   Рабочие Москвы и Петрограда послали на  Южный  фронт  большую  группу
коммунистов. На Южный фронт шли эшелоны из Иваново-Вознесенска, Ярослав-
ля, Костромы, Саратова, Симбирска, Новгорода... Закрывались райкомы: все
уходили на борьбу с врагом...
   Однако, пока шли мобилизации, переформирование и  укрепление  красных
дивизий, Добровольческая армия вышла на линию Кролевец, Дмитровск,  Лив-
ны, Воронеж. 13 октября войска Красной Армии оставили Орел. Деникин  был
уверен, что падение Москвы теперь - вопрос дней. Не думал он в  те  дни,
что это были последние успехи его армий.
   Уже 18 октября советские войска с трех сторон охватили Орел. Над вра-
жескими войсками нависла угроза окружения, и они