– Конечно, – бросил он. – Но побольше.

– Алоис! – Роза радостно обратилась к кельнеру. – Он хочет еще пива!

– Вижу, – равнодушно сказал Алоис и наполнил стакан.

– А малышка! Артур, ты еще не видел маленькую Эльвиру!

– Послушай, ты! – Артур впервые оживился. Он поднял руку к груди, словно 
обороняясь. – Насчет этого ты мне голову не морочь! Это меня не касается! Ведь 
я же хотел, чтобы ты избавилась от этого ублюдка. Так бы оно и случилось, если 
бы меня не… – Он помрачнел. – А теперь, конечно, нужны деньги и деньги.

– Не так уж много, Артур. К тому же, это девочка.

– Тоже стоит денег, – сказал Артур и выпил второй стакан пива. – Может быть, 
нам удастся найти какую-нибудь сумасшедшую богатую бабу, которая ее удочерит. 
Конечно, за приличное вознаграждение. Другого выхода не вижу.

Потом он прервал свои размышления:

– Есть у тебя при себе наличные?

Роза услужливо достала сумочку, залитую кофе:

– Только пять марок, Артур, ведь я не знала, что ты придешь, но дома есть 
больше.

Жестом паши Артур небрежно опустил серебро в жилетный карман.

– Ничего и не заработаешь, если будешь тут продавливать диван задницей, – 
пробурчал он недовольно.

– Сейчас пойду, Артур. Но теперь какая же работа? Время ужина.

– Мелкий скот тоже дает навоз, – заявил Артур.

– Иду, иду.

– Что ж… – Артур прикоснулся к котелку. – Часов в двенадцать загляну снова.

Развинченной походкой он направился к выходу. Роза блаженно смотрела ему вслед. 
Он вышел, не закрыв за собою дверь.

– Вот верблюд! – выругался Алоис.

Роза с гордостью посмотрела на нас:

– Разве он не великолепен? Его ничем не проймешь. И где это он проторчал 
столько времени? – Разве ты не заметила по цвету лица? – сказала Валли. – В 
надежном местечке. Тоже мне! Герой!

– Ты не знаешь его…

– Я его достаточно знаю, – сказала Валли.

– Тебе этого не понять. – Роза встала. – Настоящий мужчина, вот он кто! Не 
какая-нибудь слезливая размазня. Ну, я пошла. Привет, детки!

Помолодевшая и окрыленная, она вышла, покачивая бедрами. Снова появился кто-то, 
кому она сможет отдавать свои деньги, чтобы он их пропивал, а потом еще и бил 
ее в придачу. Роза была счастлива.

* * *


Через полчаса ушли и остальные. Только Лилли не трогалась с места. Ее лицо было 
по-прежнему каменным.

Я еще побренчал немного на пианино, затем съел бутерброд и тоже ушел. Было 
невозможно оставаться долго наедине с Лилли.

Я брел по мокрым темным улицам. У кладбища выстроился отряд Армии спасения. В 
сопровождении тромбонов и труб они пели о небесном Иерусалиме. Я остановился. 
Вдруг я почувствовал, что мне не выдержать одному, без Пат. Уставившись на 
бледные могильные плиты, я говорил себе, что год назад я был гораздо более 
одинок, что тогда я еще не был знаком с Пат, что теперь она есть у меня, пусть 
не рядом… Но все это не помогало, – я вдруг совсем расстроился и не знал, что 
делать. Наконец я решил заглянуть домой, – узнать, нет ли от нее письма. Это