— Нам действительно деньги так необходимы? — спрашиваю я.

— В достаточной мере необходимы, — отвечает Георг. — Но теперь сосчитаемся: 
сколько у тебя денег?

— Хватит. Мне прислали на билет третьего класса. А я поеду в четвертом и 
сэкономлю двенадцать марок. Потом я продал рояль — я не могу тащить его с собой.
 Эта старая шарманка принесла мне еще сто марок. Все вместе составит сто 
двенадцать марок. На них я могу прожить до первой получки.

Георг отсчитывает тридцать голландских гульденов и протягивает их мне.

— Ты работал как специальный агент, поэтому имеешь право получить за комиссию 
не меньше, чем Оскар-плакса. За особые достижения еще пять процентов.

Возникает короткая борьба великодуший; затем я соглашаюсь взять деньги, на тот 
случай, если в первый же месяц слечу со своего нового места.

— А ты знаешь, что тебе придется делать в Берлине?

Я киваю:

— Сообщать о пожарах; описывать кражи; рецензировать брошюрки; приносить пиво 
редакторам; чинить карандаши; держать корректуры — и стараться выдвинуться.

Кто-то распахивает дверь ногой. Словно привидение, стоит в ее прямоугольнике 
фельдфебель Кнопф.

— Я требую восемь биллионов, — хрипит он.

— Господин Кнопф, — отвечаю я. — Вы видели долгий сон и не вполне очнулись. 
Инфляция кончилась. Две недели назад вы еще смогли бы получить восемь миллионов 
за памятник, который приобрели за восемь миллиардов. Но сегодня их стоимость — 
восемь марок.

— Негодяи! Вы это нарочно подстроили!

— Что именно?

— Да насчет инфляции! Чтобы меня ограбить! Но я не продам его! Я дождусь 
следующей!

— Чего именно?

— Следующей инфляции.

— Ладно, — говорит Георг. — Выпьем за это.

Кнопф хватает бутылку.

— Держим пари? — спрашивает он.

— Какое?

— Что я по вкусу узнаю, откуда эта бутылка.

Он вытаскивает пробку и нюхает.

— Не отгадаете, это исключено, — заявляю я. — Когда водка из бочонка — может 
быть; известно, что вы лучший знаток во всей округе, но не когда водка 
бутылочная.

— А на сколько мы будем держать пари? На стоимость памятника?

— Мы внезапно обеднели, — отвечает Георг. — Но тремя марками рискнуть готовы. 
Это и в ваших интересах.

— Хорошо. Дайте мне стакан. Кнопф нюхает и пробует. Потом требует, чтобы ему 
налили второй полный стакан, третий.

— Бросьте, — говорю я. — Отгадать невозможно. И можете не платить.

— Эта водка из гастрономического магазина Брокмана на Мариенштрассе, — заявляет 
Кнопф.

Мы с изумлением глядим на него. Он угадал.

— Выкладывайте денежки! — хрипит он.

Георг отдает ему три марки, и Кнопф исчезает.