ю
бельевую по длинному и широкому коридору, освещавшемуся сверху, еловый пол
которого блистал абсолютной чистотой. Хотя в последнее время семя  раздора
и было брошено врагами господина Гарди в братски  объединенную  ассоциацию
его рабочих, все  же  почти  из  каждой  комнаты,  выходившей  в  коридор,
слышались веселые песни, и Агриколь, проходя мимо многих открытых  дверей,
обменивался сердечным утренним приветствием со своими  товарищами.  Быстро
спустившись с лестницы, кузнец перебежал  через  двор-лужайку,  где  среди
группы деревьев журчал  фонтан,  и  очутился  у  флигеля.  Там  помещалась
мастерская, в которой  часть  не  работающих  на  фабрике  жен  и  дочерей
состоящих в ассоциации рабочих шили белье. Изготовление  его  на  фабрике,
учитывая огромную экономию при оптовой закупке полотна, которую ассоциация
делала непосредственно на фабриках, неслыханно снижало цену  каждой  вещи.
Пройдя через бельевую, громадную залу, выходившую  окнами  в  сад,  хорошо
отапливаемую зимой и хорошо проветриваемую летом,  Агриколь  постучался  в
дверь матери Анжели.
   Если мы скажем несколько слов об этом жилище, расположенном  на  втором
этаже и обращенном окнами в сад, к востоку,  то  только  потому,  что  оно
являло собой пример квартиры семейных рабочих, за которую они платили тоже
баснословно дешево, а именно _125  франков_  в  год.  Небольшая  передняя,
выходившая в коридор, вела в очень просторную комнату, по  обеим  сторонам
которой находились еще две меньшие комнаты для семьи,  -  если  дети  были
достаточно взрослыми для того, чтобы спать в двух дортуарах, устроенных по
примеру дортуаров в пансионах и предназначенных  для  детей  обоего  пола.
Каждую ночь присмотр за этими спальными  помещениями  поручался  отцу  или
матери из семей, принадлежавших к  ассоциации.  Помещение,  о  котором  мы
говорим, так  же,  как  и  все  остальные,  было  совершенно  свободно  от
принадлежностей кухонного хозяйства; так как последнее велось сообща  и  в
широком масштабе в другой части здания, описываемое нами  помещение  можно
было содержать в большой чистоте. Довольно большой ковер, удобное  кресло,
несколько красивых фарфоровых вещиц на этажерке  из  белого  лакированного
дерева,  несколько  гравюр  на  стене,  бронзовые  часы,  кровать,  комод,
секретер из красного дерева - все  это  говорило,  что  съемщики  квартиры
пользовались уже и некоторым достатком.
   Анжель,  которую  теперь  можно  называть  невестой  Агриколя,   вполне
оправдывала лестный портрет, набросанный Агриколем  бедной  Горбунье.  Эта
очаровательная девушка семнадцати  лет,  одетая  просто,  но  очень  мило,
сидела в эту минуту рядом  с  матерью  и  при  появлении  Агриколя  слегка
покраснела.
   - Я пришел, чтобы исполнить обещание, если ваша матушка  ничего  против
не имеет, - сказал кузнец.
   - Конечно, нет, Агриколь! - ласково отвечала мать  девушки.  -  Она  не
захотела осмотреть общежитие  ни  с  отцом,  ни  с  братом,  ни  со  мной,
откладывая до воскресенья, чтобы пойти с вами... Ну, да это и  хорошо:  вы
так прекрасно объясняете, что наша новенькая сразу  все  поймет.  Она  вас
дожидается уже целый час, да еще с каким нетерпением!
   - Извините меня, пожалуйста, - весело  сказал  Агриколь.  -  Мечтая  об
удовольствии видеть вас, я и счет времени потерял... это мое  единственное
оправдание!
   - Ах, мама! - воскликнула Анжель, став  румяной,  как  вишня.  -  Зачем
говорить такие, вещи?
   - А разве не правда? Да ведь я тебя не браню, напротив! Ну,  иди  же...
Агриколь объяснит тебе лучше меня, чем обязаны нашему хозяину все  рабочие
фабрики!
   - Господин Агриколь, - промолвила девушка, завязывая ленты хорошенького
чепчика. - Как жаль, что вашей приемной сестры нет с нами!
   - Горбуньи? Да, жаль... но это ничего,  дело  только  откладывается  на
время, так как, надеюсь, ее вчерашний визит не был последним.
   Поцеловав на  прощание  мать,  Анжель  вышла  из  комнаты  под  руку  с
Агриколем.
   - Боже, господин Агриколь! - сказала она. - Вы не поверите, до  чего  я
была поражена, когда увидала такой красивый дом после того, как привыкла к
нищете рабочих в провинции... Какая там нищета!.. Я сама  испытала  ее  на
себе... а здесь все кажутся счастливыми и  довольными!..  Право,  точно  в
сказке... Мне кажется, что я вижу все это во  сне.  А  когда  я  спрашиваю
объяснения  у  мамы,  она  мне  отвечает:  "Господин  Агриколь  тебе   все
объяснит!"
   - И знаете, почему я так счастлив,  что  могу  исполнить  эту  приятную
обязанность? - нежно и серьезно спросил Агриколь. - Потому что никогда это
не было более кстати.
   - Как это, господин Агриколь?
   - Пок