, и старший вел за руку младшего. Увидев свою семью, Азиру 
сразу
ослабел и сказал:
– Кефтью, Кефтью моя белая кобылица, зрак очей моих, моя любимая! Как мне 
горько,
что по моей вине ты должна последовать за мною и умереть – жизнь могла бы быть 
так сладка
для тебя!
Но Кефтью ответила:
– Не огорчайся из-за меня, мой царь! Я с радостью приму смерть вместе с тобой. 
Ты ведь
мой муж, могучий как бык, и я знаю, что после тебя ни один мужчина не будет мне 
люб. Во все
дни нашей жизни я удаляла от тебя других женщин и привязывала тебя к себе. Так 
неужели
теперь я отпущу тебя одного в подземное царство? Нет, я последую туда за тобой, 
чтобы не
спускать с тебя глаз, и не позволю развлекаться со всякими красавицами, которые 
поджидают
тебя там, потому что все они жили до меня. Предосторожность всегда 
предпочтительна, и
__________поэтому я последовала бы за тобой, даже если б мне оставили жизнь. 
Воистину я бы задушила
себя собственными волосами, чтобы только отправится с тобой, мой царь! Ведь я 
была простой
рабыней, а ты сделал меня царицей, и я принесла тебе двух прекрасных сыновей!
Азиру возликовал от ее слов и, обретя снова свой царственный вид, обратился к 
детям:
– Мои прекрасные мальчики! Вы родились на свет царевичами – примите и смерть 
как
царевичи, чтобы мне не стыдиться за вас. Поверьте, умирать не больнее, чем 
выдергивать зуб.
Будьте мужественны, мои прекрасные сыновья!
С этими словами он опустился на колени возле палача, обернулся к Кефтью и 
сказал:
– Мне противно смотреть на этих вонючих египтян с их копьями, вымазанными в 
крови.
Обнажи для меня свою роскошную грудь, Кефтью, чтобы, умирая, я видел лишь твою 
красоту и
принял смерть таким же счастливым, каким был в жизни с тобой!
Кефтью обнажила свои пышные груди. Палач поднял тяжелую секиру и одним ударом
отсек голову Азиру с плеч. Голова откатилась под ноги Кефтьи, а из большого 
тела могучей
струей хлынула густая кровь, выброшенная последними толчками и запятнавшая 
платье
мальчиков, так что они содрогнулись от ужаса, и младший начал дрожать. Но 
Кефтью подняла
голову мужа, поцеловала ее в распухшие губы, провела рукой по расцарапанным 
щекам и,
прижав ее к пышной груди, сказала сыновьям:
– Поспешите, мои отважные мальчики! Идите за своим отцом без страха, миленькие
мои, – вашей матери не терпится тоже последовать за ним!
И оба мальчика послушно опустились на колени. Старший по-прежнему заботливо
держал младшего за руку, и палач легко перерубил их тонкие детские шейки, а 
потом, отпихнув
ногой в сторону их тела, перерубил одним ударом и полную белую шею Кефтьи – так 
что все
они приняли легкую смерть. Тела их Хоремхеб велел бросить в яму на съедение 
диким зверям.
5
Вот так умер мой друг Азиру, не сумев подкупить смерть, а Хоремхеб заключил мир 
с
хеттами, хоть знал так же хорошо, как и они, что это не мир, а перемирие, 
потому что Сидон,
Смирна, Библ и Кадеш по-прежнему оставались в руках хеттов, которые превратили 
Кадеш в
неприступную крепость и оплот своего владычества в северной Сирии. Но на ту 
пору и
Хоремхеб и хетты устали воевать друг с другом, и Хоремхеб был счастлив 
заключить мир, ибо
должен был наблюдать свои интересы в Фивах, а также усмирять землю Куш и негров,
 которые
совсем распустились от безнаказанности и не желали платить дань Египту.
В эти годы в Египте правил фараон Тутанхамон. И хотя он был еще мальчиком и
заботился только о строительстве своей гробницы, народ винил его в бедности и 
во всех
тяготах, вызванных войной, ненавидел его и говорил: «Что ждать от фараона, если 
в жилах
царицы течет кровь проклятого царя!» А Эйе не только не пресекал подобных речей,
 которые
были ему на руку, но,