| |
308
мысли о том, что нам предстоит, признаюсь, я испытываю страх и колени мои
становятся как
вода. В такие времена уместнее всего напиваться – никаких лишних мыслей; жизнь,
смерть,
люди, боги – все становится едино!
Когда мы подплыли к Фивам, город во многих местах был охвачен огнем. Даже в
Городе
мертвых вспыхивали там и сям языки пламени, потому что народ грабил гробницы и
поджигал
набальзамированные тела жрецов. Лучники, даже не попытавшись узнать, зачем мы
прибыли,
обстреляли со стен наш корабль. Когда мы высаживались на берег, разгоряченные
«кресты»
расправлялись с «рогами», столкнув их в воду и побивая шестами, пока те не
утонули. Из чего
мы могли сделать вывод, что ветхие боги здесь уже низвергнуты и Атон
восторжествовал.
Мы отправились прямо в «Крокодилий хвост», где первым, кого мы увидели, был
Каптах.
Он снял с себя дорогие одежды, вымазал грязью напомаженные волосы и облачился в
грубое
серое платье. Золотую пластину из пустой глазницы он тоже вынул и с великой
готовностью
обслуживал оборванных рабов и вооруженных гаванских носильщиков, приговаривая
при этом:
– Веселитесь и радуйтесь, братья мои, настал день великого ликования – больше
нет ни
господ, ни рабов, ни знатных, ни простых, все люди свободны и вольны приходить
и уходить,
когда пожелают! Сегодня я угощаю вас, пейте вволю. Надеюсь, вы вспомните мой
кабачок,
когда счастье улыбнется вам и вы разживетесь серебром или золотом в храмах
ложных богов
или в домах злых господ. Я ведь тоже был рабом, как и вы, рабом родился, рабом
вырос – вот в
подтверждение мой глаз, который выколол жестокий хозяин писчей тростинкой,
разгневавшись
на меня за то, что я выпил жбан его пива, а потом нацедил туда собственной жижи
из моей
трубочки. Отныне с такой несправедливостью покончено! Никому больше не
доведется
отведать палок только потому, что он раб или работает своими руками. Наступает
пора радости
и веселия, прыгайте и ликуйте во все дни этой поры!
Только выговорив все это, он наконец заметил нас с Тутмесом и слегка смутился,
но,
отведя нас во внутренний покой, сказал:
– Было бы, наверное, разумнее, если б вы оделись поплоше и немножко выпачкали
свои
руки и лица, потому что всюду по улицам расхаживают рабы и носильщики, славя
Атона и
избивая во имя его всех, кто, по их мнению, чересчур упитан или кто не работает
своими
руками. Мне они прощают мою дородность, потому что я был рабом, раздавал им
зерно и
теперь бесплатно пою их. Но скажите лучше, что за незадача привела в Фивы вас?
Знатному
человеку сейчас лучше держаться подальше отсюда!
Мы предъявили ему свои топоры и молотки и объяснили, что приехали крушить
изображения ложных богов и вырубать их имена из всех надписей. Каптах с важным
видом
покивал головой и сказал:
– Намерения ваши, как видно, разумны и простонародью придутся по вкусу, но
нужно
постараться, чтобы никто не узнал, кто вы такие. Всякое может случиться, и,
если победу
одержат «рога», они вам припомнят ваши дела! Я-то не верю, что вся эта
развеселая жизнь
продлится долго: откуда рабы возьмут хлеб, чтоб прокормиться? А поскольку
управы на них
нет, они успели понаделать таких дел, что «кресты» начали проявлять
беспокойство и
обращаться потихоньку в «рогов», дабы навести порядок. Конечно, решение фараона
Эхнатона
сделать рабов свободными очень мудрое, дальновидное и позволяет мне избавиться
от всех
бездельников и стариков, даром едящих дорогие хлеб и масло. Мне не придется
больше
входить в большие издержки, чтобы давать рабам пищу и кров, – я могу нанимать
их, когда
хочу, и прогонять, ко
|
|
