| |
ать о нашей встрече с Мерит, потому что мне нужно
сказать
еще о Каптахе. Свой живот он уж точно не растерял, напротив, он стал вальяжнее
прежнего и
навешивал на себя еще больше украшений: на его шее, запястьях и лодыжках
перезванивали
обручи и браслеты, а к золотой пластине, скрывавшей пустую глазницу, он велел
прикрепить
драгоценные камни… Увидев меня, он тотчас зарыдал и завопил от радости:
– Благословен день, приведший моего господина домой!
И тотчас повел меня во внутренние покои, где усадил на мягкие подушки, а Мерит
подала
нам самые лучшие блюда, какими только потчевал «Крокодилий хвост», и радость
наша была
велика. Потом Каптах стал отчитываться передо мной и сказал:
– Господин мой Синухе, ты мудрейший из всех людей, ибо ты перехитрил торговцев
зерном, которых до сих пор мало кто мог провести и обставить. Ты же прошлой
весной своим
хитроумием воистину заткнул их за пояс, хотя, может быть, в этом тебе помог наш
скарабей!
Как ты помнишь, ты повелел мне раздать все твое зерно новопоселенцам на семена
и взимать с
них лишь меру за меру, а я называл тебя безумцем, ибо для человека со здравым
смыслом это
была дурацкая затея. Так вот знай: благодаря этой хитрости ты стал нынче еще
богаче, богаче
еще на половину своего богатства, так что теперь я больше не могу удержать в
голове всю
сумму твоего достояния, а фараоновы сборщики налогов, чья жадность и наглость
уже
беспредельны, измучили меня вконец! Дело в том, что цена на зерно мгновенно
упала, как
только купцы узнали, что новопоселенцы получили его для посева, а когда
распространились
слухи о мире, она упала еще больше, и все кинулись продавать его, чтобы
избавиться от своих
обязательств, так что купцы терпели великие убытки и многие разорились. Тут-то
я и стал
скупать зерно по дешевке для наших амбаров и скупил его в несчетных количествах
по
сравнению с прежним, хотя все оно было еще на полях, не только не убранное, но
и не
созревшее. Осенью я собрал с новопоселенцев зерно меру за меру, как ты велел,
так что
полностью восстановил свои прежние запасы и могу сказать тебе, мой господин,
строго между
нами, что все это выдумки – про крапчатое зерно новопоселенцев: оно такое же
чистое, как
всякое другое, и никакого вреда причинить не может. Думаю, что жрецы и их
прислужники
тайком окропляли его кровью еще в закромах, так что оно становилось крапчатым и
мерзко
воняло. Это, конечно, опасный разговор, и мне бы не хотелось, чтобы ты
пересказывал его
кому-то еще, тем более что, кроме тебя, никто этому и не поверит, все свято
верят, что зерно
новопоселенцев проклято и хлеб тоже. Нам, впрочем, мой господин, это только на
пользу, пусть
продолжают верить. Ну вот, с наступлением зимы снова начали расти цены на хлеб
– после
того как заключили мир и Эйе именем фараона начал отправлять суда с хлебом в
Сирию, чтобы
вытеснить с сирийских рынков вавилонское зерно. Так зерно вздорожало пуще
прежнего, а
таких цен, как нынче, в Египте сроду не было, так что доходы наши неисчислимы и
будут еще
расти, пока мы держим зерно в хранилищах, ибо к осени в Египте начнется голод
из-за того,
что новопоселенцы не обрабатывали и не засевали свои поля; к тому же с
фараоновых земель
рабы бегут, а земледельцы прячут свое зерно, чтоб его не отправили в Сирию. По
всем этим
причинам я не устаю благодарить небеса и землю за твое великое хитроумие, мой
господин,
Мика Валтари: «Синухе-египтянин» 287
ибо ты превзошел в торговых делах даже меня, который полагал тебя сумасшедшим!
– Каптах
очень возбудился, рассказывая. Он продолжал: – Я восхваляю такие благодатные
времена,
когда богатство богатых преумнож
|
|
