рцы с сынами!
     Я вижу вас насквозь, я вами
     Взволнован, я злюсь на вас свирепо
     За то, что бесстыдно и нелепо
     О власти моей вы порете дичь.
     С ослиной точки трудно постичь
     Великую львиную идею,
     Политикой движущую моею.
     Смотрите вы! Бросьте эти штуки!
     Растут у меня и дубы и буки,
     Из них мне виселицы построят
     Прекрасные. Пусть не беспокоят
     Мои поступки вас. Не противясь,
     Совет мой слушайте: рты на привязь!
     А все преступники-резонеры --
     Публично их выпорют живодеры;
     Пускай на каторге шерсть почешут.
     А тех, кто о восстании брешут,
     Дробят мостовые для баррикады,--
     Повешу я без всякой пощады.
     Вот это, ослы, я внушить вам желал бы
     Теперь убираться я приказал бы".

     Король закончил свое обращенье;
     Ослы пришли в большое движенье;
     Оки прокричали: "И-а, и-а!
     Да здравствует наш король! Ура!"




ОСЛЫ-ИЗБИРАТЕЛИ

     Свобода приелась до тошноты.
     В республике конско-ослиной
     Решили выбрать себе скоты
     Единого властелина.

     Собрался с шумом хвостатый сброд
     Различного званья и масти.
     Интриги и козни пущены в ход,
     Кипят партийные страсти.

     Здесь Старо-Ослы вершили судьбу,
     В ослином комитете.
     Кокарды трехцветные на лбу
     Носили молодчики эти.

     А кони имели жалкий вид
     И тихо стояли, ни слова:
     Они боялись ослиных копыт,
     Но пуще -- ослиного рева.

     Когда же кто-то осмелился вслух
     Коня предложить в кандидаты,
     Прервал его криком седой Длинноух:
     "Молчи, изменник проклятый!

     Ни капли крови осла в тебе нет.
     Какой ты осел, помилуй!
     Да ты, как видно, рожден на свет
     Французскою кобылой!

     Иль, может, от зебры род хилый т.
     Ты весь в полосах по-зебрейски.
     А впрочем, тебя выдает с головой
     Твой выговор еврейский.

     А если ты наш, то, прямо сказать,
     Хитер ты, брат, да не слишком.
     Ослиной души тебе не понять
     Своим худосочным умишком.

     Вот я познал, хоть с виду и прост,
     Ее мистический голос.
     Осел я сам, осел мой хвост,
     Осел в нем каждый волос.

     Я не из римлян, не славянин,
     Осел я немецкий, природный.
     Я предкам подобен, -- они как один
     Все были умны и дородны.

     Умны и не тешились искони
     Альковными грешками,
     На мельницу бодро шагали они,
     Нагруженные мешками.

     Тела их в могиле, но дух не исчез,
     Бессмертен ослиный дух их!
     Умильно смотрят они с небес
     На внуков своих длинноухих.

     О славные предки в нимбе святом!
     Мы следовать вам не устали
     И ни на йоту с пути не сойдем,
     Который вы протоптали.

     Какое счастье быть сыном ослов,
     Родиться в ослином сословье!
     Я с каждой крыши кричать готов:
     "Смотрите, осел из ослов я!"

     Отец мой покойный, что всем знаком,
     Осел был немецкий, упрямый.
     Ослино-немецким молоком
     Вскормила меня моя мама.

     Осел я и сын своего отца,
     Осел, а не сивый