ерин!
     И я заветам ослов до конца
     И всей ослятине верен.

     Я вам предлагаю без лишних слов
     Осла посадить на престоле.
     И мы создадим державу ослов,
     Где будет ослам раздолье.

     Мы все здесь ослы! И-а! И-а!
     Довольно терзали нас кони!
     Да здравствует ныне и присно -- ура!
     Осел на ослином троне!"

     Оратор кончил. И грохнул зал,
     Как гром, при последней фразе,
     И каждый осел копытом стучал
     В национальном экстазе.

     Его увенчали дубовым венком
     Под общее ликованье.
     А он, безмолвно махая хвостом,
     Благодарил собранье.



КЛОП

     Некий клоп залез на пятак
     И, словно банкир, похвалялся так:
     "Если денег ты нажил много,
     Всюду открыта тебе дорога.
     С деньгами красив ты, с деньгами знат
     Женщинам наимилейшим приятен.
     Дамы бледнеют и дрожат,
     Едва учуют мой аромат.
     С самой королевой я спал, бывало,
     Забравшись к ней ночью под одеяло.
     На жарких перинах она металась
     И беспрестанно всю ночь чесалась".

     Веселый чиж, услыхав эту речь,
     Решил похвальбу клопа пресечь:
     В негодованье свой клюв отточив,
     Насмешливый он просвистал мотив.

     Ко подлый клоп, испуская смрад,
     Чижу отомстил на клопиный лад:
     "Жертвой его насмешек стал я
     За то, что денег ему не дал я!"
     Ну, а мораль? Ее от вас

     Пока благоразумно скрою.
     Ведь сплочены между собою
     Богатые клопы сейчас.
     Задами подмяв под себя чистоган,
     Победно колотят они в барабан.

     Семейства клопов -- куда ни взгляни --
     Священный союз составляют они.
     Также немало клопиных альянсов
     Средь сочинителей скверных романсов
     (Которые столь бездарны и серы,
     Что не идут, как часы Шлезингера).
     Тут и свой Моцарт есть -- клоп-эстет,
     Ведущий особым клопиным манером
     С увенчанным лаврами Мейербером
     Интрижку в течение долгих лет.
     А с насекомых много ль возьмешь?
     Рецензии пишет газетная вошь --
     Елозит, врет, да и тиснет статейку
     И до смерти рада, урвав копейку,
     Притом меланхолии полон взгляд.
     Публика верит из состраданья:
     Уж больно обиженные созданья,
     И вечно сердечки у них болят.
     Тут стерпишь, пожалуй, любой поклеп.
     Молчи, не противься -- ведь это ж клоп.
     Его бы, конечно, можно под ноготь,
     Да, право, уж лучше не трогать.
     А то попробуй такого тронь --
     На целый свет подымет